«Переезжать к нам не надо» Почему желание россиян переехать в Беларусь вызывает у многих беларусов не сочувствие, а раздражение

В 2026 году в Threads* появилась волна публикаций россиян, которые заинтересовались жизнью в Беларуси. Сначала ограничения привычных сервисов и проблемы с интернетом, а затем участившиеся прилеты украинских дронов заставили многих всерьез задуматься о переезде в страну, где не нужна виза, почти все говорят по-русски и не заблокирован инстаграм*. Однако далеко не все беларусы рады такому вниманию соседей из РФ. Почему — специально для «Гласной» объясняет беларусская журналистка и феминистка Дар’я Гардзейчык.

«Сидите дома»: мигрантофобия или наследие колониализма?

«Кто из России переехал в Беларусь? Как вам там?» — такой вопрос задала* одна из пользовательниц Threads летом 2026-го. Самыми популярными комментариями под ее постом стали пожелания россиянам оставаться дома:

«Я переехал. Тут очень плохо. Никогда сюда не приезжайте».

«Я переехала. Зарплата — кот наплакал, без ВПН ничего не работает, цивилизации нет, на улицах грязно, дороги раздолбаны, люди злые. Сидите дома!»

«У нас тут вообще отлично: ВПН не нужен, бензин есть, красота. Но переезжать к нам не надо. Вы и так почти в два раза подняли цены на недвижимость».

«Переезжать не стоит. Сиди дома».

«Прежде всего, необходимо отдавать себе отчет, что это полноценная эмиграция. Беларусь — отдельная страна со своими традициями».

«Ужасно. Оставайтесь дома».

В другом обсуждении* одна из пользовательниц написала: «Не очень понимаю хейта от беларусов в сторону россиян, которые хотят переехать в РБ. Когда я жила в России, я знала много беларусов, которые приехали, живут и работают в моей стране на отличных должностях. И никто им не говорил, чтобы они “спердоляли” до Беларуси».

В ответ ей написали:

«Езжайте в Мариуполь — вам его уже “освободили” и новой недвижимости настроили».

«Хоть большинство беларусов говорит по-русски, я почти всегда могу отличить россиянина, особенно москвича, по манере общения. Некоторые ведут себя высокомерно и по-хамски. Поэтому никто вас здесь не ждет».

«Войну многие россияне поддерживают, ведут себя по-хамски и по-имперски».

Для многих беларусов подобные обсуждения в соцсетях затрагивают куда более болезненные темы: историю русификации, опыт колониального прошлого и страх за независимость страны. Именно поэтому острую реакцию беларусов на россиян нельзя объяснить только мигрантофобией. 

Мигрантофобия — это негативное отношение к людям из-за того, что они приехали из другой страны. Формально неприязнь части беларусов к приехавшим гражданам РФ действительно можно описать этим термином, но есть важный нюанс. Мигрант — это не просто человек, который переехал в другую страну. Его положение зависит от того, из какой страны он приехал, какими ресурсами обладает и какое место занимает в социальной иерархии. Именно поэтому отношение к разным группам мигрантов может сильно различаться.

Например, попробуем сравнить положение человека из Индии, переехавшего в Великобританию, и британца, живущего в Индии. Британец может работать удаленно на компанию из своей страны и благодаря разнице в доходах позволить себе более высокий уровень жизни. Выходцу из Индии, напротив, скорее всего, придется искать работу уже в Великобритании и конкурировать с людьми, которые выросли в этой среде, имеют местные социальные связи и говорят на английском с привычным для работодателей произношением.

Формально и британец в Индии, и индиец в Великобритании — мигранты. Но их положение трудно назвать симметричным. Британец приезжает в страну, которая почти два века была британской колонией. Английский язык и многие государственные институты стали частью общественной жизни Индии именно в результате колониального правления. Поэтому он оказывается не просто иностранцем, а представителем бывшей метрополии — страны, чье историческое влияние продолжает ощущаться и сегодня.

Миф о «братских народах»

Российская пропаганда любит говорить о «братских народах» и убеждать, что Россия и Беларусь всегда были частью одного пространства. Однако история отношений двух стран гораздо сложнее.

Первым государственным образованием на территории современной Беларуси считается Полоцкое княжество (середина X — начало XIV веков). А к началу XV века беларусские земли находились в составе Великого княжества Литовского (ВКЛ), которое на несколько столетий стало основным политическим пространством, где формировалась беларусская культура. 

Представление о Великом княжестве Литовском как о государстве, созданном исключительно в результате завоевания беларусских земель литовцами, упрощает историческую картину. ВКЛ формировалось постепенно, как полиэтническое государство. В него входили как литовские, так и восточнославянские земли, которые объединялись в ходе разных процессов: политических союзов, династических связей, военных конфликтов.

Уже в XV веке большинство жителей ВКЛ составляли выходцы из бывших восточнославянских княжеств, и старобеларусский язык стал основным языком делопроизводства. На нем создавались важнейшие государственные документы, включая три редакции Статута Великого княжества Литовского — 1529, 1566 и 1588 годов. Этот свод законов считался одним из наиболее прогрессивных в Европе своего времени.

В 1569 году ВКЛ и Королевство польское заключили Люблинскую унию, создав новое государство — Речь Посполитую. Однако это не означало простого присоединения литовско-беларусских земель к Польше. ВКЛ сохранило собственные законы, суды, администрацию, войско, казну и систему делопроизводства.

При этом со временем культурный баланс действительно начал меняться. Среди шляхты ВКЛ все больше распространялся польский язык и культура. В 1696 году польский язык окончательно заменил старобеларусский в официальном делопроизводстве. Но этот процесс в первую очередь затронул элиты. Для большинства жителей беларусских земель локальная идентичность оставалась прежней. Они не превратились в поляков только потому, что язык администрации изменился.

Что же насчет отношений с Московским государством? Вплоть до конца XVIII века беларусские земли не входили в состав ни Московского государства, ни Российской империи. Это важно помнить, поскольку российская пропаганда нередко создает впечатление, будто Беларусь исторически всегда существовала в единой связке с Россией. На самом деле отношения с Москвой складывались так же, как и с другими соседями: дипломатия, торговля, союзы и войны. Полностью беларусские земли вошли в состав Российской империи только после третьего раздела Речи Посполитой, в 1795 году.

После присоединения новые власти начали постепенно перестраивать эти территории по имперским правилам. Были ликвидированы местные институты самоуправления, упразднена грекокатолическая церковь, а ее прихожан стали насильственно переводить в православие. Ограничения коснулись и беларусского языка с культурой. На протяжении XIX века беларусская печать практически не могла развиваться из-за цензуры. Первая легальная беларусская газета — «Наша Ніва» — появилась только в 1906-м, после революции 1905 года и временного смягчения цензурной политики.

Несмотря на это, беларусское национальное движение продолжало набирать силу. Еще до создания БССР, в 1918 году, была провозглашена Беларусская Народная Республика, лидеры которой заявили о праве беларусов на собственную государственность.

Но реализовать этот проект не удалось. После установления советской власти Беларусь вошла в состав СССР, и советский период не стал временем полной национальной свободы.

Большой террор сделал национальные элиты одной из главных целей репрессий.

В 1930-е годы тысячи беларусских писателей, ученых и деятелей культуры были расстреляны, сосланы или погибли в лагерях. Символом этой трагедии стала Ночь расстрелянных поэтов — ночь на 30 октября 1937 года, когда были казнены десятки представителей беларусской культуры.

Однако репрессии были лишь частью более широкой политики. Империи стремятся не только установить политический контроль над территорией, но и постепенно уничтожить местные институты, традиции и язык, заменяя их собственными. Многие исследователи колониализма рассматривают такие практики как один из инструментов удержания власти. Похожие процессы происходили и в советской Беларуси.

Так, в 1933 году большевистские власти провели крупнейшую реформу беларусского правописания, приблизив литературный беларусский язык к русскому. Например, «маналёг» стал «маналогом», «катэдра» — «кафедрой», «цэнтар» превратился в «цэнтр», а характерные для беларусской орфографии формы «сьвет» и «сьлед» были заменены на «свет» и «след».

Российское влияние в независимой Беларуси

Постсоветская Беларусь получила шанс изменить этот курс. В 1990 году беларусский язык стал единственным государственным, а страна начала возвращаться к собственным национальным символам и исторической памяти.

С приходом к власти Александра Лукашенко этот процесс развернулся в обратную сторону. Уже в 1995 году русский язык получил статус государственного наравне с беларусским, а бело-красно-белый флаг и герб «Погоня» были заменены символикой советского образца. После конституционного кризиса 1996-го Лукашенко сосредоточил власть в своих руках, превратив Беларусь в авторитарную суперпрезидентскую республику.

Одновременно развивалась интеграция с Россией. В 1999 году был подписан договор о создании Союзного государства. Хотя Лукашенко не раз сопротивлялся попыткам Москвы добиться более тесного объединения и даже отверг предложение о вхождении Беларуси в состав России, страна оставалась экономически и политически зависимой от Кремля. После массовых протестов 2020 года эта зависимость только усилилась.

После сфальсифицированных президентских выборов Беларусь столкнулась с самыми массовыми протестами в своей истории. Когда режим Лукашенко оказался под угрозой, Россия предоставила ему гарантии безопасности, политическую и финансовую поддержку. После подавления протестов в стране развернулись крупнейшие репрессии в истории независимой Беларуси. 

С 2020 года минимум 9914 человек столкнулись с политически мотивированным уголовным преследованием и минимум 8590 человек были осуждены, в том числе заочно. Данные показатели продолжают расти каждый месяц, хотя правозащитники существенно ограничены в возможностях получения информации о преследованиях. На конец сентября 2026 года в неволе остаются 884 политических заключенных, включая 113 женщин.

Итак, Беларусь в глубоком политическом и демографическом кризисе, с массовыми репрессиями и нелегитимным президентом, удержать власть которому помогло российское руководство, стала страной, куда все чаще хотят переехать россияне.

Нет проблем с интернетом и все говорят по-русски

В онлайн-обсуждениях россияне повторяют два главных аргумента в пользу переезда в Беларусь: нет проблем с интернетом, почти все говорят по-русски. Для многих россиян это действительно выглядит как возможность жить привычной жизнью, не сталкиваясь с ограничениями, которые появились в России после начала войны. Однако многие беларусы воспринимают эти аргументы совсем иначе.

Прежде всего потому, что рассказы о «свободном интернете» плохо сочетаются с тем, как сегодня устроена жизнь внутри страны. После протестов 2020 года беларусские власти последовательно расширяют понятие «экстремизм». Основанием для преследования могут стать подписки на независимые телеграм-каналы и СМИ, репосты и ссылки на их материалы, использование исторических национальных символов — бело-красно-белого флага и герба «Погоня», а также критика властей или проявление солидарности с Украиной.

Подобные случаи происходят регулярно. Жителя Солигорска Сергея Рыболева сначала арестовали за использование исторического герба «Погоня», затем уволили с работы, а позже осудили по уголовным статьям о содействии экстремистской деятельности и оскорблении представителя власти. В апреле 2026 года на беларусско-польской границе задержали фотографа Андрея Ленкевича — поводом стала подписка на «экстремистскую» страницу. В мае двое суток ареста получил активист Сержук Васильев из-за найденной в телефоне подписки в фейсбуке*. В том же месяце на 14 суток арестовали известного певца Алексея Хлестова, который после протестов 2020 года оказался в неофициальном списке артистов, фактически лишенных возможности выступать в Беларуси. В июне задержали и отправили в ИВС брестчанку Наталью Бандарук — поводом стало то, что она рассказывала прохожим о Христе.

Поэтому, когда россияне пишут, что в Беларуси нет проблем с интернетом, многие беларусы воспринимают это как взгляд человека, который видит лишь отсутствие технических ограничений, но не замечает того, что за привычные действия в Сети здесь можно столкнуться с административным или уголовным преследованием.

Не меньше вопросов вызывает и другой популярный аргумент — Беларусь удобна для переезда, потому что здесь почти все говорят по-русски. Для многих россиян это означает отсутствие языкового барьера. Для многих беларусов — напоминание о длительной политике русификации. То, что сегодня русский язык доминирует в общественной жизни Беларуси, — не случайность и не естественный исторический процесс, а результат политики, которую сначала проводила Российская империя, затем — Советский Союз, а позже продолжил режим Александра Лукашенко.

После прихода Лукашенко пространство беларусского языка стремительно сокращалось. Если в 1994 году на беларусском обучалось 40,6% школьников, то в 2024-м — лишь 8,2%. 

В начале учебного 2025/26 года в Минске на беларусском языке обучались лишь 3569 из 223 756 школьников — всего 1,6%. Это самый низкий показатель среди всех регионов страны. В среднем по Беларуси на беларусском языке обучались около 8% школьников, то есть лишь один из 12 учащихся.

Возможности получить полноценное высшее образование на беларусском языке практически нет — даже на специальности «беларусская филология» в университетах часть предметов преподается по-русски.

К началу 2020-х в Беларуси существовала небольшая, но живая отрасль беларусскоязычного книгоиздания. После протестов давление усилилось, и независимые издательства были ликвидированы или вынуждены переехать за границу, а как минимум четыре издательства, продолжившие работу в эмиграции, были признаны «экстремистскими формированиями». Поэтому беларусский язык для многих давно перестал быть просто средством общения и превратился в символ сохранения национальной культуры.

Безопасно ли россиянам в Беларуси?

Но даже если отбросить «культурную» обиду, сам переезд в Беларусь для россиянина устроен так, что бонусов там меньше, чем кажется.

Да, чтобы получить вид на жительство в Беларуси, гражданину России не нужно иметь статус беженца, поступать в университет или искать местного работодателя. Достаточно показать российский паспорт и собрать пакет документов. Правда, состав этого пакета впечатляет.

Обладателям российского паспорта потребуется бессрочный договор аренды жилья в Беларуси, справка о несудимости, справка о прохождении медкомиссии в беларусской поликлинике, дактилоскопия и автобиография. Сложно представить, чтобы, скажем, в странах Евросоюза для получения ВНЖ требовали общий анализ крови или заключение дерматолога.

ВНЖ нужен не только потому, что граждане России могут находиться в Беларуси без него не более 90 дней. Без ВНЖ усложняется доступ к медицинскому обслуживанию, трудоустройству и оформлению документов.

Однако после получения ВНЖ отношения с беларусским государством не заканчиваются.

Не стоит думать, что беларусская репрессивная машина более лояльна к иностранным гражданам, чем к собственным.

В Беларуси по-прежнему действует система регистрационного учета, то есть иностранный гражданин обязан регистрироваться по месту проживания. Каждый раз после переезда на другую квартиру придется опять оформлять регистрацию.

Если иностранец не зарегистрируется в новой квартире, его ждут крупные штрафы и угроза депортации. Кстати, штрафы ждут и собственника, который сдал эту квартиру. Когда арендодатели указывают в объявлениях: «Только гражданам РБ», дело как раз не в мигрантофобии, а в нежелании платить штрафы из-за своего арендатора. 

Если же вернуться к теме репрессий, многих россиян может неприятно удивить беларусская практика борьбы с «экстремизмом». В Беларуси административное или уголовное преследование наступает далеко не только за создание политического контента. Представьте ситуацию: в тиктоке вам попадается рецепт драников или видео про котиков. Вы оставляете комментарий, не задумываясь о том, кто именно опубликовал ролик. Позже вы узнаете, что аккаунт принадлежит медиа, которое в Беларуси признано «экстремистским формированием», но уже поздно. В отношении вас ведется административное делопроизводство по статье 19.11 КоАП. Вас может ждать штраф, арест на несколько суток и конфискация телефона. 

Еще одна особенность современной Беларуси, о которой редко пишут в постах о релокации, — проверки телефонов. После 2020 года это стало обычной практикой во время допросов, на границе и при других контактах с силовиками.

По данным правозащитников, только за 2025 год беларусские суды признали экстремистскими более 2,1 тысячи новых материалов.

Сегодня в республиканском списке находятся десятки тысяч интернет-страниц, телеграм-каналов, ютьюб-роликов, книг и публикаций. В него включены практически все независимые беларусские СМИ: «Зеркало», «Наша Ніва», «Белсат», «Еўрарадыё», «Радыё Свабода», а также многие международные и российские ресурсы. Например, «экстремистским материалом» признан ютьюб-канал российского журналиста Юрия Дудя**.

Не только паспорт

Для многих беларусов проблема не в самом переезде россиян в Беларусь и не в российском паспорте как таковом. Гораздо важнее то, как гость воспринимает страну, ее язык, культуру и недавнюю историю.

Такая чувствительность беларусов появилась не на пустом месте. За последние годы беларусское общество пережило массовые репрессии, вынужденную эмиграцию сотен тысяч людей, использование территории Беларуси российскими войсками после начала полномасштабного вторжения в Украину и практически полное отсутствие возможности открыто говорить о политике. Для многих это напрямую связано с действиями российского государства и с поддержкой, которую оно оказало режиму Лукашенко после протестов 2020 года.

Именно поэтому появление россиян, которые воспринимают Беларусь прежде всего как удобное место для жизни, иногда вызывает раздражение.

Некоторые беларусы видят в этом не столько интерес к соседней стране, сколько нежелание замечать ее сложный исторический и политический опыт.

Конечно, российский паспорт сам по себе ничего не говорит о взглядах человека. Среди россиян есть люди с разными убеждениями, в том числе те, кто сам был вынужден покинуть страну из-за войны, политических преследований или несогласия с происходящим.

В свою очередь тем, кто переезжает в Беларусь, необязательно становиться специалистами по истории страны. Но важно помнить, что беларусский язык, национальная символика и тема независимости — не абстрактные исторические сюжеты, а часть личного опыта. 

В конце концов, хорошие отношения между людьми строятся не на общности языка и не на советском прошлом. Они строятся на способности видеть в собеседнике равного. Именно этого признания беларусам часто не хватало в отношениях с Россией на протяжении двух последних столетий.

* Принадлежат компании Meta, которая признана в России «экстремистской организацией».
** Признан Минюстом «иностранным агентом».

Редактор: Алёна Сойко