«Девушка, вы женственность уронили!» Как девочек приучают к слабости и почему с этим надо покончить

Девочки с детства слышат, что они слабее мальчиков. Но что, если физическая слабость женщин — социальный конструкт, который можно и нужно сломать? О том, как это сделать, специально для «Гласной» рассуждает кроссфитерка-любительница Агата Са.

«Девчачьи» нормативы

Помните, как бывало в школе: в класс заглядывает учительница из параллели и произносит в приоткрытую дверь: «Отпустите, пожалуйста, ваших сильных мальчиков на 10 минут — нам нужно парты перенести».

Или вот это: вы учитесь в девятом классе и сдаете нормативы по физкультуре. От мальчиков ждут 31 отжимание на пятерку. От девочек — 14, и, возможно, им разрешат не касаться грудью пола или отжиматься с колен. Прыжки в длину: мальчики — 210 сантиметров, девочки — 190 сантиметров.

Подтягиваний на отлично от мальчиков ждут 10. А от девочек? Нисколько не ждут, «вы же девочки».

Я совру, если скажу, что уже тогда разница в нормативах, подчеркивание и одобрение того, что девочки слабые, меня удивляли или раздражали: казалось, все так, как и должно быть. Разве нет? Беситься я стала много позже, когда через 10 лет после окончания школы пришла в кроссфит и увидела, на что способны девушки и женщины, которые плевали на заниженные «девчачьи» нормативы.

Давайте помечтаем о физкультуре без обусловленных полом нормативов и о том, что мальчиков и девочек воспитывают одинаково. О мире, где дочерей не записывают принудительно на танцы, а сыновей — на бокс и дают им самим выбирать и пробовать физическую активность по душе. 

Читайте также «Добытчики» и «хранительницы очага»

Как стереотипы о гендерных ролях в семье мешают нам быть счастливыми

Представим, что мальчики не обязаны быть готовыми, если что, дать кому угодно в нос. А девочкам по умолчанию не приписывают хрупкость и мягкость, не говорят, что им нужно найти надежного мужа, который будет их «защищать» — видимо, от других мужчин, и не одергивают, когда они носятся как угорелые. 

Конечно, стереотипы, о которых идет речь, формируются не только благодаря школе и семье. Вы и сами знаете, что мальчиков в принципе чаще поощряют на активные формы досуга, в то время как девочек хвалят за аккуратность и тишину. Как итог — навыки моторики для движения, ловкости, выносливости у мальчиков и девочек 3–6 лет различаются не из-за биологии, а из-за культурной среды, в которой дети растут. 

Согласно одному российскому исследованию, мотивы заниматься физическими упражнениями у мальчиков и девочек различаются.

Парни чаще хотят быть здоровыми и уметь управлять своим телом, а девушки — следить за весом и быть привлекательными.

Или вот фокус-группы, проведенные в Австралии, показали, что девочки боятся стать мускулистыми, да и сами тренеры отговаривают их идти в «мужские» виды спорта, чтобы они не стали «как парни». Да, тестостерон дает мужчинам преимущество в физической силе, а более длинные в среднем кости помогают им, например, в прыжках. Но давайте честно: основное влияние на уровень подвижности, выносливости и силы оказывают как раз культурные нормы. А масштабные международные исследования показывают, что биологические различия полов для их физической активности имеют меньше значения, чем было принято считать еще сто лет назад.

То есть мы не знаем, была бы разница в физической силе взрослых мужчин и женщин такой выраженной, если бы общественные ожидания и гендерные стереотипы активно этому не подыгрывали.

Учитывая это все, не логичнее ли рассчитывать физкультурные нормативы для детей, ориентируясь не на пол, а на индивидуальные интересы и показатели роста, здоровья и физической подготовки? А если преподаватели физкультуры или тренеры считают, что девочкам тяжелее даются некоторые упражнения из-за строения тела, то почему не выбрать для них другие?

«Слабый» пол не даст отпор 

«Заниженные» нормативы преследуют меня и во взрослой жизни. Я прихожу в свой спортзал, смотрю в «тренировку дня» и вижу там рекомендованный для многоповторного толчка рабочий вес штанги: женщинам — 35 кг, мужчинам — 50 кг. А потом я вижу, как моя подруга работает с «мужским» весом в полцентнера и выполняет тренировку быстрее парней. 

Тут можно было бы рассказать о том, как ее упорство и талант привели к тому, что некоторые мужчины в нашем зале стали избегать тренироваться с ней в одно время, потому что им неловко. Но мой текст не о хрупкой маскулинности, меня беспокоит другое. 

Девочки боятся съесть слишком много, потому что услышат «фу, жирная», и раскачаться слишком сильно, потому что им скажут «фу, как мужик». А если заниматься контактным, физически тяжелым спортом, где много мужчин, они скажут: «Девушка, вы женственность уронили». Культ худобы, диет и внешности всегда бесил меня тем, что забирает слишком много когнитивных, эмоциональных и финансовых ресурсов. И, оставаясь в его власти, девчонки «получают в награду» расстройства пищевого поведения, депрессию, слабое тело. 

Патриархату выгодно, что девчонки ограничивают себя в еде и отказываются от силы.

«Слабый» пол отпор не даст — очень кстати для культуры насилия, правда ведь?

Когда регулярно ходишь в один и тот же спортзал, привыкаешь видеть девчонок, которые превосходят парней в выносливости и силе. Но часто в зал приходят и новенькие девушки — прозрачные, с тонкими руками. Разрешали ли им в детстве карабкаться по заборам и играть в регби или ругали за разбитые в беге наперегонки коленки? А может быть, подростками они недоедали и считали калории, обмениваясь планами похудения в пабликах типа «40 кг»?

Читайте также «Худой я хотела быть всегда»

Шесть монологов об анорексии

Я часто представляю, каково это — с их комплекцией оказаться в замкнутом пространстве с каким-нибудь опасным мужчиной, который никогда не боялся «слишком раскачаться». Сама я довольно сильная физически, но не очень быстрая. Иногда в метро я прикидываю, сколько теоретически у меня было бы шансов при прямом столкновении с некоторыми соседями по вагону.

Какие-то из этих мысленных схваток с мужчинами заканчиваются в мою пользу. Большинство — нет. 

Недавно я ехала в лифте с двумя нетрезвыми амбалами, которые пытались шутить, спрашивали, не от меня ли так вкусно пахнет и что за татуировка у меня на руке. Свои шансы против них я напряженно оценивала все 15 этажей.

Просто потому, что средний мужчина крупнее средней женщины, нужно поощрять девочек хорошо питаться, а не стыдить за каждый съеденный кусок. Иначе, вырастая, они беспокоятся о том, хватило ли еды их детям, мужу и родным, но сами забывают нормально поесть.

Вспомним, что за право девочек быть сильными и соперничать с мужчинами в 1967 году боролась, например, Катрин Швитцер, когда ее сталкивали с трассы Бостонского марафона, и все те спортсменки, которые добились в 1988 году проведения первых соревнований среди женщин по боксу в Швеции и включения тяжелой атлетики в олимпийскую программу среди женщин в 2000 году.

Мы выиграем от того, что девочки, играющие наравне с мальчиками, например, в футбол или в другие стереотипно мужские игры, будут лучше представлены в медиа. Это круто вышло в сериале «Тед Лассо», но репрезентации разных, физически сильных и выносливых женщин в кино и сериалах нужно больше.

Читайте также «На поле можно все»

Женский американский футбол в России

И может быть, нам не следует пугать девочек, когда они несут домой, скажем, арбуз, криками «Ты же родить не сможешь!» Это не очень мотивирует развивать физические способности наперекор сексистским стереотипам о слабых и хрупких созданиях, которые не могут подтянуться на перекладине или постоять за себя. 

Радость в том, что, став взрослой, обнаруживаешь, что можешь — сделать, поднять буквально на себе, вынести — очень, очень много всего. В конце концов, как говорится в моем любимом меме, I don’t want to be strong like man who look pretty. I want to be strong like bitch that fight bears in the forest — «Я не хочу быть сильной, как мужики, которые качаются для красоты. Я хочу быть сильной, как та с*ка, что валит в лесу медведей».