Мнение

«Рожай рабов и молчи». Почему у антивоенных протестов «женское лицо» и при чем тут феминистки

ЧИТАЙТЕ НАС В ТЕЛЕГРАМЕ

Иллюстрация: Полина (твиттер @pauline_avecame) | Гласная

По данным ОВД-Инфо, с начала «спецоперации» 24 февраля на протестах по всей России были задержаны свыше 15 тысяч россиян. Почти половина из них — женщины. Под угрозой лишения свободы россиянки организуют антивоенные движения и громко заявляют о своем несогласии с политикой. По просьбе «Гласной» журналистка и фемактивистка Залина Маршенкулова объясняет, почему именно женщины оказались на переднем крае антимилитаристской борьбы.

 

Уже много лет я отвечаю на глупый вопрос «А с чем и за что борются феминистки? Ведь все и так хорошо». Думаю, сейчас самое время напомнить, с чем же, собственно, борются много лет «тупые» феминистки, и почему все должны были бороться вместе с нами, пока не стало поздно. А уже стало: теперь русские на весь мир имеют славу помешанных людоедов. «Спецоперация» — это апогей беспредела, в который нас много лет скатывали так называемые традиционные ценности. Беда началась не вчера. И не месяц назад.

Для тех, кто не может или не хочет сложить маленькие детали в одну большую проблему, расшифровываю, как связаны между собой феминистки, «женское лицо протеста» и ад, в котором мы оказались.

Феминистки борются против пресловутой патриархальной культуры, в которой мужчинам настолько страшно показаться кому-то слабыми, что они готовы убивать. Лишь бы их не посчитали слабаками! Уму непостижимо, чтобы такие «пацанские» правила были в основе управления государством в 2022 году, — но в основе управления нашим именно такие и лежат.

Вместе со свитой президент давно говорит на дворовом языке, наряду с «нравится — не нравится» впроброс заявляет, что у него нет «критических дней», потому что он не женщина. Но всем на эту риторику всегда было плевать. Подумаешь — всего лишь каких-то «баб» унижает! Рожай рабов и молчи. Выполняй свою женскую роль.

Но сегодня патриархальный негодяй обижает женщину, завтра запрещает геев, а послезавтра «освобождает» соседнее государство.

Потому что сексизм, шовинизм, гомофобия и имперство — это следствие пренебрежительного отношения к правам человека и ценности жизни. Неслучайно я говорю, что человек, выступающий против женщин, опасен для всего человечества. Это закон.

Наше государство давно ведет женоненавистническую политику. Мы — единственная страна Европы, в которой нет закона о домашнем насилии, зато есть закон об упразднении наказания за домашние побои. И это не единственное проявление «пацанских» тюремных установок в головах властей: если ты выступаешь против пыток в тюрьме, ты — враг народа. Выступаешь за мир, против гибели людей — госизменник. За независимую честную журналистику — иноагент. Против репрессий — враг народа.

Неслучайно я указываю в профиле, что борюсь не столько за женские права, сколько против «традиционных ценностей», — это главная проблема. С этими «ценностями», в основе которых — бесконечное насилие и «право сильного», нужно было бороться вместе с феминистками хотя бы лет десять назад.

Всем было смешно, когда феминистки выступали против токсичной маскулинности. Но теперь не очень смешно, когда токсичная маскулинность распухла до ядерной угрозы.

И да, моя акция «Пересядь на лицо» была ударом по «пацанской» культуре, в которой считается унизительным делать женщине куннилингус, но крутым — убивать людей и захватывать соседние страны!

Месяц эти идиоты выясняли, можно ли делать женщине куни, зато им не надо ни дня, чтобы подумать, а точно ли надо кому-то угрожать ядерной войной.

Многих удивляет, что у антивоенных протестов в России женское лицо. Это так: организовывают акции женщины, выходят с плакатами, в основном, женщины. 25 из 29 задержанных в ОВД Братеево, сотрудники которого прославились своей жестокостью, — женщины. Антивоенное сопротивление с пабликом на 30 тысяч подписчиков создали феминистки.

Кто-то говорит, что феминистки якобы причесывают протест под свою повестку. Но почти все женщины с активной гражданской позицией — феминистки и есть.

Почему-то мужских голосов против спецоперации почти не слышно. Как так вышло? Где те мужчины, которые писали мне тысячи сообщений о том, что в войну надежда только на мужчин, только они спасут нас всех и храбро выйдут на улицы, если власть начнет лютовать?

Да хотя бы не на улицу, а просто погромче выступить. Но нет. С плакатом на «Первом» появилась Марина Овсянникова, которой за эту акцию, возможно, грозит уголовное дело. Из депутатов высказывались против «спецоперации» тоже женщины (некоторые приходили на заседания в украинских национальных костюмах), из сенаторов — одна Людмила Нарусова. Первыми фигурантами уголовных дел по новой статье о «дискредитации» армии (максимальное наказание — до 15 лет лишения свободы) стали известная блогерша Ника Белоцерковская и 63-летняя пенсионерка из Томской области Марина Новикова, рассказывавшая о «спецоперации» в своем канале на 170 человек. 20 марта в Карачаево-Черкессии были задержаны шесть женщин, которые перекрыли движение на мосту через реку: они требовали предоставить информацию об их мужьях и сыновьях, проходивших военную службу и пропавших со связи после начала «спецоперации».

Мне понятно, почему мужчины проходили мимо, когда Двач, или «Мужское государство», годами травили женщин, но непонятно, почему они продолжают проходить мимо того, что касается их самих.

Ведь именно мужчин отправляют служить. Патриархат, с которым мы боремся, убивает и мужчин тоже. Почему почти не слышно и не видно мужских выступлений?

Именно мужчины и развязали, и ведут эту «операцию», именно мужчины охраняют царя. Означает ли это, что подобная власть и подобная ситуация устраивает всех мужчин?

Феминисткам часто предъявляют, что, мол, это общество заставляет мужчин быть крутыми и решать вопросы насилием. Ну, так феминистки и борются много лет с этой патриархальной мужской гендерной социализацией. Армия может быть профессиональной, и в ней могут служить по желанию (а не насильно) и женщины, и мужчины. Мы как раз и хотим, чтобы мужчин не учили решать вопросы насилием, чтобы мужчины могли быть тем, кем хотят, — хоть нянями, хоть мастерами по ноготочкам. И чтобы даже в шутку им не приходило в голову кому-то грозить ядерной войной.

Означает ли женское лицо протеста некий антибрутальный поворот? Для России — нет, здесь слишком прочно увязли в «традиционных ценностях» и прочих прелестях пропаганды. Но в цивилизованном мире антибрутальный поворот давно произошел, и это наверняка станет, если еще не стало, сюрпризом для советников царя. Никто в цивилизованном мире не считает крутыми их завоевательские и имперские замашки, никто не считает крутой риторику «нагнуть и отобрать, навести порядок». Никто не считает нормальным отправлять на смерть и на убийство людей только ради того, чтобы потешить свое имперское эго. А все потому, что среди прочего в цивилизованном мире все нормально с правами и статусом женщин в обществе.

Есть данные о том, что чем больше во власти женщин, тем лучше устроена экономика и в целом все живут счастливее. Это касается и инфраструктуры: мужчина в силу мужской гендерной социализации не подумает про пандус для колясок, а женщина подумает (именно на женщин ложится забота о стариках и детях). Женщины в России понимают, что невозможно быть вне политики. Пандус для коляски — это политика. Лекарства для больного родственника и цены на эти лекарства — политика. Цена на продукты в магазине — политика (что показательно: в ситуации дефицита прокладок среди мужчин тут же нашлись спекулянты, скупившие все доступные женские средства гигиены и продающие их втридорога на «Авито»).

Повседневная жизнь — это политика, а вовсе не размахивание ядерным чемоданчиком.

И если власти ведут мизогинную политику, это первый знак, что скоро плохо будет абсолютно всем, а не только женщинам.

Причина тут не в том, что с мужчинами во всем мире что-то не так. Дело в патриархальном воспитании, в том, что мужчин не учат развивать эмпатию в принципе. Возможно, поэтому они более склонны к рискованному поведению, раньше умирают, чаще кончают с собой, так и не научившись необходимому для долгой и счастливой жизни эмоциональному труду.

И вот бы мужчинам объединиться уже с нами в этой борьбе с токсичной маскулинностью — но нет: под новостями про задержание редактора Марины Овсянниковой они пишут возмущение феминитивам. Видимо, только будучи задержанной за протест против войны, женщина может понять ту боль, которую испытывает мужчина, когда слышит феминитив.

Поймите, что «повесточка» касается вас напрямую, и помогайте женщинам быть представленными во власти. Вернее, это нужно было делать раньше. А сейчас хорошо бы просто нам не мешать.

ПОДЕЛИТЬСЯ:
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в telegram

К другим материалам:

Множество раз я слышал и читал про то, что русские/россияне виноваты в нападении России на Украину, потому что не свергли Путина раньше и потому что не устраивают массовые выступления против него сейчас.
Начинающие документалисты из Украины недавно расспрашивали меня, почему россиян не переубеждают ни слова их украинских родных, ни фотографии или видео с места событий. Мне показалось, что они не были готовы принять мое объяснение. А оно вот в чем заключалось.
Адвокат Константин Бубон написал для «Гласной» о своих наблюдениях за обычными хабаровчанами, которых он защищал после антивоенных выступлений на улицах родного города или просто встречал в отделениях полиции.
По просьбе «Гласной» одна из основательниц Феминистского Антивоенного Сопротивления (ФАС) Дарья Серенко продолжает разговор о том, почему главной движущей силой антивоенного сопротивления стали феминистки.

Подпишитесь на рассылку «Гласной»

Мы работаем благодаря вашей поддержке