" style="position:absolute; left:-9999px;" alt="" />
Поддержать
Аналитика

«Ее либо в могилу, либо замуж. Она уже не девушка» Как ранние и принудительные браки калечат судьбы женщин в северокавказских республиках

05.06.2024читайте нас в Telegram

По официальным данным, только в 2021 году в России 4453 девушки вышли замуж до того, как им исполнилось 18 лет. Казалось бы, разве это много — четыре с половиной тысячи на многомиллионную страну? Однако официальные источники фиксируют лишь процент общего числа подобных союзов: какие-то ранние браки не регистрируют в органах ЗАГС, а заключают по религиозному обряду; другие носят характер фактического сожительства, без юридического оформления. Об этом говорится в исследовании правозащитной группы Ad Rem «Насильно замужем»: проблема ранних и принудительных браков на примере Республики Дагестан, Республики Ингушетии и Чеченской Республики». Пока авторы готовили отчет, на федеральном уровне все чаще звучали призывы к как можно более раннему деторождению, а также ограничению доступа женщин к высшему образованию. 

Мы изучили доклад и расспросили одну из его авторок, Кулсам Магомадову, о том, с какими сложностями пришлось столкнуться при проведении этой работы. 

Текст публикуется в партнерстве с «Новой газетой».

Выросшие в страхе

«Когда меня завезли в больницу, мои ноги были в крови, — рассказывает Фатима из Ингушетии, похищенная и выданная замуж в 17 лет. — Только врач зашла и увидела, она сразу сказала: “Ее изнасиловали”. Я даже ничего не сказала, у нее потекли слезы… Я пошла и рассказала все. Написала заявление. Потом всполошилась родня Заура. Меня моя родня избила, а ему ничего не сделала… Потом начали приходить старики, сватать меня за Заура. Отец был против, но мои родственники-мужчины сказали: “Ее либо в могилу, либо замуж. Она уже не девушка”. Они еще меня обвиняли. Меня отдали за него, а я даже не знала, что меня выдали замуж… Меня даже никто не спрашивал, хочу я, не хочу…».

История Фатимы — одна из многих, что, однако, не делает ее менее трагической. Собрать и зафиксировать свидетельства девушек и женщин, которые столкнулись с ранними и/или насильственными браками, удалось авторкам полевого исследования Юлии Антоновой, Инне Айрапетян и Кулсам Магомадовой. Они провели серию глубинных интервью с жительницами Чечни, Ингушетии и Дагестана, которые получили травмирующий опыт, а также обсудили проблему с экспертами и специалистами.

Героиня одного из интервью — Лиана из Дагестана, которую похитили в 14 лет. «Я не готовилась к замужеству, к тому, чтобы стать мамой в 15 лет. Поэтому для меня весь этот период прошел в шоковом состоянии. Помню, как я отслеживала какие-то изменения, когда [они] происходили, когда живот рос, когда ноги отекали. Я не понимала, что со мной происходит. Сами роды тоже были довольно сложные. Я помню, как кричали на меня врачи. Я не понимала, что от меня хотят».

Чеченку Хаштби выдали замуж в 14 лет. Вспоминая об этом, она плакала: «В такие моменты понимаешь, что ты никому не нужен. Ты никто и звать тебя никак. У нас украли из двоюродных сестер шесть человек, девушек. И ни одну из сестер не вернули домой старики. Сказали, пусть они там так и живут». 

Все эти рассказы — не про события вековой давности. Они — про сегодняшний день. 

Сегодня, как и сто, двести, триста лет назад, девочек на Кавказе похищают и заставляют жить с собственными похитителям и насильниками.

Заставляют рожать от них детей. И самое страшное то, что зачастую насильственное замужество девочки организует ее собственная семья, объясняя это, конечно, заботой о самой девушке. Потому что быть похищенной — это несмываемый позор. Потому что замуж все равно надо, а чем это раньше произойдет — тем лучше. Потому что подрастет — и станет засматриваться на мальчиков, а это опять позор. Потому что жених из обеспеченной семьи — и так ей будет лучше… 

Согласно кавказским традициям, девочка, а впоследствии и женщина не обладает субъектностью, подчеркивают авторки исследования. Сначала она целиком во власти семьи, а затем переходит в распоряжение мужа и его родственников. Девушки лишены возможности влиять на собственную судьбу, становиться ее авторами. И, не получив такого опыта и знания, они переносят эти паттерны на собственных дочерей. 

Читайте также«Похорон нет ― закопать могут где угодно»

Исследовательница «убийств чести» на Северном Кавказе ― о том, как их скрывают и почему защищать женщин в республиках становится все сложнее

Разумеется, подобный сюжет мы встретим далеко не во всех кавказских семьях, и, конечно, степень выраженности феномена может быть разной. Однако даже те истории, что удалось зафиксировать авторам исследования, говорят о том, как глубоко укоренена традиция, калечащая жизни тысяч девушек и женщин на Кавказе. 

Вот, например, одна из них, красноречиво говорящая о серьезной деформации общественного сознания: «Как правило, если девочка была изнасилована инцестуально, это выявлялось только тогда, когда девочка выходила замуж. И потом ее убивали. Был случай, когда дедушка изнасиловал 5-летнюю внучку… Отец ее убил, и они ее закопали. Это уже много лет назад было, наверное, лет 10. И он [дед] сказал такую вещь, что она садилась к нему на колени. То есть она его соблазнила тем, что она, ребенок пяти лет, очень любила с ним гулять и садиться на колени… Внимание ребенка он воспринял как совращение».

В рамках своего исследования эксперты Ad Rem взяли 46 интервью. 31 из них дали женщины в возрасте от 23 до 42 лет, насильно выданные замуж. 15 — практикующие специалисты, помогающие девочкам и девушкам, пострадавшим от ранних и принудительных браков. 

Своих фамилий исследователям не назвал никто, некоторые побоялись назвать даже имя.

Жертвы подобных преступлений боятся открыто заявлять о произошедшем, опасаются осуждения, причем не только со стороны посторонних людей, но и со стороны собственной родни. «Как и в любом патриархальном обществе, в Чечне, Ингушетии и Дагестане осуществляется жесткий контроль за сексуальной сферой жизни женщины. Честь женщины приравнивается к чести семьи, поэтому несоблюдение “правил”, “непристойное” поведение строго карается. Наши респондентки рассказывали, что их с детства воспитывали в страхе, с установкой на то, что если с ними что-то произойдет, то виноватой будет она сама», — отмечают авторки.

Также исследовательницы отметили, что с 1999 по 2007 годы на территории Северного Кавказа было зарегистрировано свыше 650 сообщений о похищении с целью насильственной женитьбы. Но лишь в 25% случаев были возбуждены уголовные дела, в остальных — поступил отказ. Актуальные статистические данные о похищениях невест, которые можно считать достоверными, практически отсутствуют. Разумеется, региональные власти предпринимают формальные попытки запрета подобных практик, но проблема в том, что само общество одобряет и приветствует подобные действия. И те же самые чиновники, что подписывают запреты, на  самом деле их не поддерживают.

Насилие: экономическое, физическое, сексуализированное

Житель центральной России (да хоть житель Урала, Сибири или Дальнего Востока) по привычке и за отсутствием образца перед глазами смотрит на феномен похищения невест через романтическую призму. Где похититель — человек наподобие лермонтовского Печорина, который пытается влюбить в себя пленницу дорогими подарками и признаниями в любви. Но в жизни все гораздо более прозаично, и доклад отражает, как ситуация выглядит на самом деле. 

Практически половина респонденток — 14 из 31 опрошенных — признались, что регулярно подвергаются физическому насилию со стороны мужа. Речь, в частности, идет о шлепках, пинках, пощечинах, придушивании. Сразу несколько женщин рассказали о том, как муж их насиловал. «Он меня и запирал на целые сутки без еды. Однажды дал мне чай, чтобы совсем плохо не стало, ну и насиловал… Целые сутки. У него было на это много сил», — вспоминает Зарема из Ингушетии, похищенная в 19 лет.

«Он зашел днем и начал меня лапать… Я сказала, что не хочу, прекрати. Он сказал: “Я сегодня вечером зайду к тебе”, — и ушел. И зашел ночью и буквально изнасиловал», — рассказывает Лариса из Ингушетии, которую похитили в возрасте 17 лет.

Другие респондентки упоминали о таких фактах косвенно, признавались в отсутствии интереса к сексуальной жизни, к своему супругу, в нежелании вступать с ним в интимные контакты. А вот что рассказала в своем интервью одна из опрошенных эксперток, практикующий врач: «Мужчины у нас не думают о том, как сделать так, чтобы для женщины это было менее болезненно… Ее травмировали, вызвали скорую, увезли в больницу, но после этого он даже не дал зажить влагалищу, продолжал прибегать к сексуальному насилию… Вот с таким я сталкивалась. Чаще всего в ранних браках мы наблюдаем именно сексуальное насилие». 

Сексуализированное насилие идет рука об руку с насилием репродуктивным. И та обреченность, с которой участницы исследования говорят о собственной беременности, родах, погибших и выживших детях, никак не свидетельствует о «нормальности» случившегося с этими девушками и женщинами. 

«Сперва у меня был выкидыш. Потом я обратно через год забеременела, мальчика родила. После трех лет, по-моему, еще раз забеременела. И тогда выкидыш произошел. И еще девочку я родила после. Все роды протекали с осложнениями», — говорит Линда из Чечни, ее принудительно выдали замуж в 17 лет.

А так описывает «отношения» со своим «супругом» Залина из Ингушетии, которую похитили и выдали замуж в 17 лет: «Он вскочил, подбежал ко мне и хотел меня ударить… У меня из-за стресса начались преждевременные роды. У меня это было 2 раза за 2 года замужества. Было две беременности и обе прервались: одна на пятом месяце и другая — на шестом месяце».

По данным ВОЗ, матери-подростки умирают при родах в два раза чаще, чем женщины, достигшие совершеннолетнего возраста. Дети несовершеннолетних матерей часто рождаются недоношенными. К сожалению, многие девочки из кавказских республик становятся невидимыми единичками, пополняющими эту страшную статистику. 

«Ровесницы шли в школу, я подметала или мыла»

Еще один момент, который подметили авторы исследования: только у 14 из 31 опрошенной в ходе исследования женщины было высшее образование, и чаще всего вуз смогли окончить те респондентки, которые на момент замужества уже учились в университетах. Из тех, у кого высшего образования не было, лишь две получили полное среднее образование. «В основном респондентки имеют лишь общее среднее образование, то есть закончили 9 классов общеобразовательной школы», — отмечают авторы.

Это неудивительно: в традиционном обществе образование и замужество считаются взаимоисключающими понятиями, что наглядно иллюстрирует реплика одной из респонденток: «Сразу после замужества беременность и быт. Тогда мы жили с родителями [мужа], там и уборка, и готовка. Времени просто не было ни на учебу, ни на то, чтобы даже подумать о ней, скажу честно. Помню, как мои одноклассницы идут в школу, 10–11-й класс они оканчивали, и кто-то шел через нашу улицу… Я помню, как им завидовала, они бывали такими беззаботными, веселыми. А я что-то подметала или мыла возле забора и ворот». 

Как ни странно, отчасти с тем, что замужество и образование — вещи несовместимые, могли бы согласиться и ученые. Ведь по подсчетам Детского фонда ООН, в среднем каждый дополнительный год в школе уменьшает вероятность раннего замужества для девочки на 6%. Более того, именно образование могло бы дать замужней женщине точку опоры и ощущение стабильности, независимости от мужа и его родственников. Однако в семьях опрошенных респонденток исследователи наблюдали другой паттерн. 

Читайте также«Вернись к мужу и сделай так, чтобы не бил»

История чеченки, которая сначала бежала от деспотии отца, потом от деспотии мужа — и только тогда ощутила себя счастливой

На момент проведения интервью всего восемь женщин из числа опрошенных были официально трудоустроены. В основном они работали в государственных учреждениях на среднеоплачиваемых должностях. Семь женщин занимались подработкой на дому, например, готовили торты или национальные блюда, либо неофициально торговали в магазинах. Лишь одна из респонденток открыла собственное дело — магазин подарков. Большинство — 14 женщин — не работали вовсе: занимались бытом, ухаживали за родственниками мужа, воспитывали детей. Со всеми вытекающими последствиями.

«Я даже не могла себе купить ничего из вещей, из обуви. Я ходила в ужасных вещах, уже не говоря о том, чтобы купить какую-то сумку, этого вообще не было», — призналась Гульнара из Чечни, похищенная в 24 года.

Отчасти именно здесь кроется ответ на очевидный вопрос, который возникает при чтении доклада: а зачем женщины терпят все это? Почему не берут судьбу в свои руки и не уходят от своих мужей? Банально: потому что не сумеют себя прокормить. О содержании детей речи здесь даже не идет, потому что в рамках адата воспитание детей после развода — это прерогатива отца или его семьи. Зачастую матери оказываются лишены права даже просто видеть своих детей. 

Более того, в традиционном обществе разведенная женщина — это субъект, пораженный в правах, порицаемый обществом и полностью лишившийся поддержки даже своей собственной семьи. 

«Мне все нашептывали: “Если разведешься, у тебя будет страшная жизнь, тебя убьют, ты уже будешь не человек”. Он [дядя] мне это говорил: “Лучше не разводись, тебе здесь дорога в ад будет”», — рассказывает Залина.

«Для мамы моей… это самый большой ужас в жизни, если кто-то из ее дочерей вернется домой», — вспоминает Фатима из Чечни. 

«Я от нее скрывала [побои] относительно долгое время, там год. — продолжает Фатима. — И уже тогда был сын, она начала говорить о том, что потерпи, будет лучше, твой отец этого не переживет… И что это удар по семье, по репутации. В общем, что я не буду никому нужна, что я в итоге никогда больше не выйду замуж… А этот брак он лучше, чем ничего».

Исследовательницы отметили, что девушки оказываются в замкнутом круге, в котором калечащая традиция трансформирует общественные настройки таким образом, что общество со все большей настойчивостью продолжает воспроизводить традицию, разрушая судьбы новых поколений девочек. Но можно ли как-то это изменить? Можно, говорят исследователи, только осторожно.

Преступление без наказания

Несмотря на то, что в международной правозащитной практике насильственное вступление в брак и похищение невест считают одной из современных форм рабства, в России этой проблеме должного внимания не уделяют ни на федеральном уровне, ни в республиках Северного Кавказа, отмечают авторки исследования. Никакой официальной, системной, комплексной работы по противодействию не ведется. Более того, даже представители государства нередко оправдывают похищение и принуждение к замужеству традициями, религией или культурными особенностями. Все это никак не мотивирует правоохранителей к тому, чтобы действовать. 

Проблема и в уголовном законодательстве России. Например, согласно части 1 статьи 134 Уголовного кодекса, совершеннолетних за половую близость с человеком, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, предписано наказывать — в том числе лишением свободы на срок до четырех лет. Однако к этой статье есть любопытные примечания. В частности, в примечании 1 прямо говорится, что «лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное частью первой настоящей статьи, освобождается судом от наказания, если будет установлено, что это лицо и совершенное им преступление перестали быть общественно опасными в связи со вступлением в брак с потерпевшей (потерпевшим)». А в примечании 2 сказано, что «в случае, если разница в возрасте между потерпевшей (потерпевшим) и подсудимым (подсудимой) составляет менее четырех лет, к последнему не применяется наказание в виде лишения свободы за совершенное деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи».

С наказанием за похищение невесты дела обстоят еще хуже. С 1996 года в Уголовном кодексе РФ санкции за кражу невесты не предусмотрено вовсе. Противодействовать практике пытались власти регионов — но без особой настойчивости и, соответственно, без особого успеха. 

К примеру, в 2010 году власти Чечни объявили о запрете на похищение невест. За нарушение этого правила был введен штраф в размере 1 млн рублей. В 2013 году духовенство Республики Ингушетия также ввело штраф за кражу невест в размере 200 тысяч рублей. Но на практике эти дело редко доходит до суда и штрафов.

«Некоторые наши респондентки были похищены уже после того, как эти постановления вступили в силу, и не смогли избежать замужества, потому что решение о том, выдать их замуж за похитителя или нет, принималось без их участия», — отметили авторки исследования.

При этом исследовательницы признают, что менять общественные установки «через колено» — посредством штрафов и привлечения к суду причастных к похищениям — не самая эффективная стратегия. Не снимая ответственности с законодателя и правоприменителя, они предлагают обратить внимание и на другие подходы. В частности, рекомендуют проводить информационно-просветительские кампании с разъяснением незаконности и вредных последствий ранних и насильственных браков — для конкретной девушки и для общества в целом. Доносить до девушек возможности защиты своих прав — и создавать сами возможности (организовывать шелтеры, центры правовой, социальной и психологической помощи). Помогать национальным сообществам изживать, преодолевать калечащие традиции. Плотно взаимодействовать в процессе с локальными национальными и религиозными лидерами мнений. 

Вот как с предельной конкретностью сформулировала возможный путь к изживанию страшной традиции одна из участниц исследования, акушерка из Ингушетии: «Надо объяснять населению про права девочек, чтобы оно было помягче к девочкам… Еще чтобы были встречи с семьями, объяснять, чтобы не было насилия и чтобы все было по закону. Я считаю, что семьи должны ходить на эти встречи, большинство мужчин должно быть. Надо им вбить в голову, чтобы относились к женщинам хорошо».

Социолог Кулсам Магомадова — о трудностях при проведении исследования: 

Для подбора участниц интервью мы опирались на сеть контактов, предоставленных коллегами из региона. В эту сеть входили представители НКО, социальные работники/-цы и медицинские работники/-цы, которые непосредственно сталкиваются с проблемами женщин, переживших ранние и принудительные браки. Эти специалисты, работающие на местах, имели доступ к женщинам, нуждающимся в поддержке, и могли рекомендовать тех, кто был готов поделиться своими историями.

Практически все интервью были проведены очно в безопасных и комфортных для участниц условиях без лишнего внимания со стороны мужей или родственников — на нейтральной территории, чаще всего в офисах наших коллег, работающих в этих регионах. Такой подход помог создать доверительную атмосферу, где женщины могли свободно рассказывать о переживаниях. В исключительных случаях мы проводили интервью онлайн. К примеру, с одной из женщин, которую принудительно выдали замуж, мы вынуждены были организовать видеозвонок, потому что она находилась не в России. 

Основная сложность исследования заключалась в том, чтобы получить согласие на интервью. Женщины отказывались, мотивируя это нежеланием обсуждать семейные дела с посторонними и опасениями за свою безопасность. Причем некоторые из них отказывались от участия в последнюю минуту. Основные причины отказов — страх перед тем, что их узнают родственники или семья мужа. Это могло привести к негативным последствиям. По этой причине все имена в исследовании были изменены. Женщины согласились делиться историями только при условии полной анонимности и конфиденциальности. Требование анонимности было ключевым фактором, позволившим им раскрыться и рассказать о своих переживаниях.

Что стало неприятным или неожиданным открытием в ходе исследования? Очевидно, то, что принудительный брак неизбежно связан с различными формами насилия, включая сексуализированное. Большинство респонденток избегали обсуждения этой темы. Они предпочитали не отвечать на вопросы о насилии, особенно о ситуациях сексуализированного насилия. Из 31 опрошенной нами женщины только 4 в какой-то мере осмелились говорить о пережитом. Это еще раз показало, насколько глубокими являются страхи и травмы, связанные с данным видом насилия в таких браках. Помимо этого, культурные и социальные барьеры не дают женщинам открыто говорить на подобные темы.

Хочу подчеркнуть, что проведенное исследование было первым шагом в изучении темы, и хотя оно позволило собрать важные данные, выборка была ограниченной. Тем не менее, мы рады, что смогли осуществить проект. Это первая попытка системного анализа ранних и принудительных браков в этих республиках, и она заложила основу для будущих, более углубленных исследований.

Поддержите «Гласную»Помогите нам сделать новую историю — станьте частью нашего сообщества
Donation currency
Размер пожертвования
100
300
500
1000
Способ оплаты
Умный платёж (₽)
Банковская карта (₽)
ЮMoney (₽)
Ваши данные
Укажите ваше имя

УСЛОВИЯ ОПЛАТЫ​
«Гласная» предлагает вам осуществить дарение на следующих условиях: 

1. Настоящее предложение является предложением проекта «Гласная» заключить с любым, кто отзовется на данное предложение (далее — Даритель), договор дарения на условиях, предусмотренных ниже. 

2. Предложение вступает в силу со дня, следующего за днем его размещения на сайте «Гласной» в интернете по адресу https://glasnaya.media (далее — Сайт) и действует бессрочно. 

3. В предложение могут быть внесены изменения и дополнения, которые вступают в силу со дня, следующего за днем их размещения на Сайте. 

4. Даритель безвозмездно передает в собственность «Гласной» денежные средства в размере, определяемом Дарителем, на поддержку деятельности «Гласной». 

5. «Гласная» вправе в любое время до передачи ей дарения и в течение 10 дней после от него отказаться. В случае отказа от дарения после его передачи «Гласная» возвращает дарение в течение 10 дней после принятия решения об отказе. В случае невозможности передать дарение Дарителю оно остается в распоряжении «Гласной». 

6. Даритель вправе отказаться от своего дарения в течение 10 дней со дня совершения транзакции. О своем желании Даритель извещает «Гласную» по электронной почте по адресу [email protected]. «Гласная» обязуется вернуть денежные средства в течение 10 дней с момента заявления Дарителя. 

7. Если Даритель подписался на ежемесячное списание средств с банковской карты, привязанной к счету Дарителя, впоследствии он вправе отменить ежемесячные платежи. Для отмены платежей Дарителю необходимо перейти на страницу «Отмена подписки на платежи» на сайте. 

8. Совершая действия, предусмотренные данным предложением, Даритель подтверждает, что ознакомлен с условиями и текстом настоящего предложения, целями деятельности «Гласной», осознает значение своих действий, имеет полное право на их совершение и полностью принимает условия настоящего предложения. 

9. В соответствии с Федеральным законом N 152-ФЗ «О персональных данных» Даритель настоящим дает свое согласие на обработку своих персональных данных любыми не запрещенными законом способами для целей исполнения настоящего предложения и подтверждает, что ознакомлен с политикой конфиденциальности.

Я принимаю Условия оплаты

ПОЛИТИКА КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ​
1. Общие положения

1.1. Настоящая политика обработки персональных данных (далее – Политика) проекта «Гласная» разработана в соответствии с Федеральными законами от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», иными нормативно-правовыми актами по вопросам персональных данных.

1.2. Назначением Политики является обеспечение защиты прав и свобод субъекта персональных данных при обработке его персональных данных (далее – ПДн) Оператором.

1.3. Термины, используемые в тексте настоящей Политики, подлежат применению и толкованию в значении, установленном Федеральным законом от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

1.4. Основные права и обязанности субъекта персональных данных:

  • субъект персональных данных имеет право на получение у Оператора информации, касающейся обработки его персональных данных; 
  • субъект персональных данных вправе требовать от Оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав; 
  • если субъект персональных данных считает, что Оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований законодательства или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие Оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке; 
  • субъект персональных данных имеет право отозвать согласие на обработку персональных данных;
  • субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке. 

1.5. Основные обязанности Оператора:

  • предоставлять субъекту персональных данных по его письменному запросу информацию, касающуюся обработки его персональных данных, либо на законных основаниях предоставить отказ в предоставлении такой информации в срок, не превышающий тридцати дней с момента получения Оператором соответствующего запроса; 
  • по письменному требованию субъекта персональных данных уточнять обрабатываемые персональные данные, блокировать или удалять, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, в срок, не превышающий тридцати дней с момента получения Оператором соответствующего требования; 
  • в случае достижения цели обработки персональных данных третьих лиц незамедлительно прекратить обработку персональных данных и уничтожить соответствующие персональные данные в срок, не превышающий тридцати дней с даты достижения цели обработки персональных данных, если иное не предусмотрено договором, стороной которого, выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, иным соглашением между Оператором и субъектом персональных данных; 
  • в случае отзыва субъектом персональных данных согласия на обработку своих персональных данных прекратить обработку персональных данных и уничтожить персональные данные в срок, не превышающий тридцати дней с даты поступления указанного отзыва, если иное не предусмотрено соглашением между Оператором и субъектом персональных данных; 
  • при обработке персональных данных Оператор принимает необходимые правовые, организационные и технические меры для защиты персональных данных третьих лиц от неправомерного или случайного доступа к ним, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения персональных данных, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных. 

1.6. Оператор собирает, использует и охраняет персональные данные, которые предоставляет субъект персональных данных при использовании сайта «glasnaya.media» и мобильных приложений с любого устройства и при коммуникации в любой форме, в соответствии с данной Политикой.

2. Цели сбора и обработки персональных данных

2.1. ПДн собираются и обрабатываются Оператором в целях:

  • коммуникации с субъектом персональных данных, когда он обращается к Оператору;
  • отправки отчетов о расходовании собранных средств;
  • организации участия субъекта персональных данных в проводимых Оператором мероприятиях и опросах;
  • предоставления субъекту персональных данных информации о деятельности Оператора;
  • направления субъекту персональных данных новостных материалов;
  • для других целей с согласия субъекта персональных данных.

3. Правовые основания обработки персональных данных

3.1. Правовыми основаниями обработки ПДн являются:

  • Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»; 
  • Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»;
  • Положение об особенностях обработки персональных данных, осуществляемой без использования средств автоматизации (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 сентября 2008 г. № 687); 
  • Постановления от 1 ноября 2012 г. № 1119 «Об утверждении требований к защите персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных»; 
  • Приказ ФСТЭК России от 18 февраля 2013 г. № 21 «Об утверждении состава и содержания организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных»; 
  • Приказ Роскомнадзора от 5 сентября 2013 г. № 996 «Об утверждении требований и методов по обезличиванию персональных данных»; 
  • иные нормативные правовые акты Российской Федерации и нормативные документы уполномоченных органов государственной власти; 
  • согласие на обработку персональных данных.

4. Объем и категории обрабатываемых персональных данных, категории субъектов персональных данных

4.1. Персональные данные, разрешенные к обработке в рамках настоящей Политики, предоставляются субъектом персональных данных путем заполнения веб-форм на сайте, предоставления информации в сообщениях, направляемых Оператору, или другим образом свободно, своей волей и в своем интересе.

4.2. Субъектами персональных данных являются пользователи и авторы проекта «Гласная».

4.3. Субъекты персональных данных сообщают следующую персональную информацию:

  • имя, фамилию;
  • e-mail;
  • номер контактного телефона.

4.4. Оператор защищает данные, которые автоматически передаются в процессе просмотра субъектом персональных данных рекламных блоков, в том числе информацию cookies.

4.5. Оператор осуществляет сбор статистики об IP-адресах своих посетителей. Данная информация используется с целью выявления технических проблем.

4.6. Оператор не проверяет достоверность персональных данных, предоставленных субъектом, и не имеет возможности оценить его дееспособность. Однако Оператор исходит из того, что субъект персональных данных предоставляет достоверные и достаточные данные и поддерживает эту информацию в актуальном состоянии.

5. Порядок и условия обработки персональных данных

5.1. Оператор осуществляет сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление и уничтожение персональных данных.

5.2. Обработка персональных данных осуществляется Оператором следующими способами:

  • неавтоматизированная обработка персональных данных;
  • автоматизированная обработка персональных данных с передачей полученной информации по информационно-телекоммуникационным сетям или без таковой; 
  • смешанная обработка персональных данных.

5.3. Сроки обработки персональных данных определены с учетом:

  • установленных целей обработки персональных данных;
  • сроков действия договоров с субъектами персональных данных и согласий субъектов персональных данных на обработку их персональных данных; 
  • сроков, определенных Приказом Минкультуры России от 25 августа 2010 г. № 558 «Об утверждении “Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения”». 

5.4. Оператор не раскрывает третьим лицам и не распространяет персональные данные без согласия субъекта персональных данных (если иное не предусмотрено федеральным законодательством РФ).

5.5. Условием прекращения обработки персональных данных может являться достижение целей обработки персональных данных, истечение срока действия согласия или отзыв согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных, а также выявление неправомерной обработки персональных данных.

6. Безопасность персональных данных

6.1. Для обеспечения безопасности персональных данных при их обработке Оператор принимает необходимые и достаточные правовые, организационные и технические меры для защиты персональных данных от неправомерного или случайного доступа к ним, их уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных согласно Федеральному закону от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» и принятым в соответствии с ним нормативным правовым актам.

6.2. Оператором приняты локальные акты по вопросам безопасности персональных данных. Сотрудники Оператора, имеющие доступ к персональным данным, ознакомлены с настоящей Политикой и локальными актами по вопросам безопасности персональных данных.

7. Актуализация и уничтожение персональных данных, ответы на запросы субъектов на доступ к персональным данным

7.1. В случае подтверждения факта неточности персональных данных или неправомерности их обработки, персональные данные подлежат их актуализации Оператором, обработка прежних при этом прекращается.

7.2. При достижении целей обработки персональных данных, а также в случае отзыва субъектом персональных данных согласия на их обработку персональные данные подлежат уничтожению, если иное не предусмотрено иным соглашением между Оператором и субъектом персональных данных.

7.3. Субъект персональных данных имеет право на получение информации, касающейся обработки его персональных данных. Для получения указанной информации субъект персональных данных может отправить запрос по адресу: [email protected].

8. Ссылки на сайты третьих лиц

8.1. На сайте могут быть размещены ссылки на сторонние сайты и службы, которые не контролируются Оператором. Оператор не несет ответственности за безопасность или конфиденциальность любой информации, собираемой сторонними сайтами или службами.

Я принимаю Политику конфиденциальности
Перенаправление на безопасную страницу платежа...

«Гласная» в соцсетях Подпишитесь, чтобы не пропустить самое важное

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признанной экстремистской в РФ

К другим материалам
Иноагентки военного времени

За что и как женщин в России клеймят и преследуют

«Ее либо в могилу, либо замуж. Она уже не девушка»

Как ранние и принудительные браки калечат судьбы женщин в северокавказских республиках

Соучастницы

Как активистки Госдумы строят карьеры на войне, традиционных ценностях и моральной панике

«Мужчины — главные жертвы насилия, феминизм — это экстремизм»

Какие идеи продвигает «Рувики» — российский отцензурированный аналог «Википедии»

«Нет ничего особенно хорошего в размножении по принципу “лишь бы было”»

Ася Казанцева* — о преследованиях, выживании и материнстве в современной России

Галоперидол и IQ-тест от 1949 года

Как новые рекомендации Минздрава отнимают надежду у детей с аутизмом в России

Читать все материалы по теме