" style="position:absolute; left:-9999px;" alt="" />
Поддержать
Истории

«Если с головы слетел шарф — ты пропагандируешь проституцию» История Лолы, которая сбежала из России от домашнего насилия и теперь помогает иранкам защищать свои права

12.08.2023читайте нас в Telegram
Картина с изображением иранки Махсы Амини. Она была казнена «полицией нравов» за неправильное ношение платка. Фото: Sima Ghaffarzadeh | Pexels

Когда-то Лола жила в России. Но, несмотря на дагестанские и башкирские корни, своим домом она считает Иран. В Тегеране 32-летняя женщина работает в бюро судебной психолого-психиатрической экспертизы и делает заключения по делам подозреваемых в убийствах и изнасилованиях.

«Гласная» записала рассказ Лолы о том, как сама она в юности пережила домашнее насилие и сбежала от мужа, как нашла отца, которого не видела двадцать лет, и как теперь защищает в Иране женщин, попавших под уголовное преследование за самооборону.

Охапки роз и синяки

Моя бабушка, по национальности лачка, когда-то сбежала из дагестанского села вместе с моим дедушкой, башкирским рабочим, в Москву. Там и родилась мама.

С папой они познакомились на выставке ВДНХ: мама была студенткой медицинского института, папа — аспирантом из Ирана. Вскоре поженились.

После того, как мама окончила вуз, они уехали в Тегеран, где родилась я. Но вскоре мама решила вернуться в Москву — в Иране ей было тяжело. Папа надеялся ее вернуть, два года ездил к нам, но ничего не вышло. Мама с головой ушла в работу, писала диссертацию, потом ей предложили место младшего научного сотрудника в институте, а после — работу в Минздраве.

Нас со старшим и младшим братьями воспитывал отчим. Он относился к нам как к собственным детям, оплачивал учебу, кружки, секции, одежду и прочие нужды, но был строг: мне нельзя было гулять после десяти вечера или оставаться с ночевкой у подруг.

В 17 лет я встретила своего будущего мужа. Он был на 12 лет старше: красивый, богатый, блестяще образованный и перспективный выпускник юридической академии, сотрудник Следственного комитета с широкими связями. Он красиво за мной ухаживал: охапки роз, дорогие духи, украшения, престижная машина. Мы ездили в самые крутые ночные клубы, он возил меня встречать рассвет, устраивал для меня фейерверки.

Моим родственникам он очень нравился. Думаю, из-за его связей и возможностей моему брату и отчиму было выгодно с ним породниться. У них с отчимом появились общие дела. Я любила его и хотела провести с ним жизнь.

Когда мне исполнилось восемнадцать, он сделал мне предложение. Мы быстро сыграли свадьбу. После церемонии улетели в свадебное путешествие в Турцию. Как сейчас помню этот отель в Анталии… Я до сих пор его ненавижу!

Мы приехали ночью в номер для новобрачных. Портье перед заселением подарил мне корзинку с незабудками. Поздравил, пожелал хорошего отдыха и сказал моему мужу: «У вас очень красивая жена, вам повезло». Как только мы зашли в номер, муж толкнул меня в спину и начал орать: «Ты так на него посмотрела! Почему он на тебя смотрел? Почему другим не сказали, что у них красивые жены? Ты дала повод!».

До свадьбы я ни с кем не спала. С ним у нас были только объятия и поцелуи. Я голого мужчину до этого видела только в морге, когда в мединституте училась на первом курсе. А муж был уже искушенный. Ему хотелось секса везде. Я стеснялась его, а он говорил, что со мной скучно, что я скучная в постели, как бревно.

В свадебном путешествии мы не ездили ни на одну экскурсию. Я безвылазно сидела в отеле две недели, вся избитая, с синяком под глазом и в засосах. Еду мне приносили в номер.

Муж заставлял заниматься с ним оральным сексом, бил, а в перерывах просил прощения, говорил, что был не в себе, что не мог совладать с собой, что его сжигала ревность, потом снова насиловал.

Когда мы вернулись в Москву, я помчалась к маме. Кричала, что он меня бьет, просила помощи. В ответ мама выдала порцию философских размышлений о том, что брак — это труд, который якобы состоит в том, что мужа надо приласкать, зажечь свечи, устроить романтический ужин. И спросила меня, что я «такого» сделала, раз муж, «такой хороший мальчик», меня бил. Отчим ее поддерживал: «Зачем ты нас позоришь! Это такая уважаемая семья, у них сроду не было разведенных. Посмотри, какие у них женщины целомудренные!».

Я спросила маму: жила ли бы так она? Ведь муж ее ни разу пальцем не трогал, и мой отец тоже. Но мама настаивала, что брак — это труд и компромисс, а я просто избалованная.

Когда муж приехал за мной, мама и отчим вынудили меня поехать с ним.

Ночь с ножом

Дядя мужа был генералом в полиции, папа — полковником, поэтому идти в полицию я боялась.

Но однажды все-таки вызвала полицейских. Муж тогда пришел выпивший. Мы сидели за столом, он очень сильно сжал мою руку. Кольцо впилось в палец, рука посинела, я закричала от боли. От шока я схватила вилку и воткнула ему в руку, потом выскочила из комнаты и заперлась на ключ. Набрала номер полиции, кричала, что меня убьют и что мне очень страшно.

Когда полиция приехала, я не смогла открыть входную дверь, потому что ключи были у мужа. Он уснул пьяным. Полицейские покрутились около двери минут десять, посмеялись и уехали. На следующее утро я сама поехала в полицию. Зафиксировала синяки и побои.

Узнав о заявлении, приехали мама и отчим. Кричали: «Да как ты можешь, что это за позор?». Я показала маме свою руку, она снова спросила: “Как надо было довести мужа, чтобы он так сделал?” Опять я оказалась виновата!

Я спросила: «Мама, ты вообще меня слышишь? Я твой ребенок, ты видела, чтобы я как-то не так вела себя дома? Ты никогда меня не била. Вы на меня даже никогда не кричали. Что, ты думаешь, я с ним делаю?».

Мама ответила: «Не зря же он злится! Может быть, ты делаешь что-то неправильно. Может быть, ему что-то рассказывают…».

Впоследствии я неоднократно показывала маме свои синяки, а она говорила: «Это такая страсть у него. У тебя же ничего не сломано, и синяков не так уж много. Тебе не стыдно мне такое показывать? Я вижу следы его поцелуев». А то, что это были укусы, ее не волновало.

Муж контролировал меня. Например, он знал, сколько времени занимает моя дорога в университет и обратно с учетом пробок, и, если мне нужно было в библиотеку, он за мной заезжал. Если мне нужно было куда-то еще, он давал мне час или два и следил за временем. Если никаких дел не было, я сидела дома.

Однажды я пошла в салон красоты. Мне три часа делали маски для волос по японской технологии. Он приехал, увидел меня, и сказал: «Я думал, что ты меня обманула. Что можно делать в салоне так долго?».

Той же ночью он таскал меня по полу за волосы, кусал меня и говорил при этом, какие у меня шикарные волосы.

После скандалов с побоями всегда наступал период нежности. Муж очень искренне просил прощения, обнимал меня, плакал, буквально носил на руках, чуть ли не с рук кормил. Я прощала. Это длилось две недели, месяц, один раз — даже четыре месяца. В таких периоды все было идеально, мы ездили отдыхать в Подмосковье, Питер, Киев, Геленджик.

Это было волшебно, и я каждый раз думала, что мы притерпелись, и скандалов больше не будет. Когда мы приходили в ресторан, на нас люди оборачивались: какая красивая пара. Он танцевал со мной, дарил цветы, стоял на коленях. Внешне все было замечательно.

Но после хорошего периода снова следовала череда побоев и угрозы убийством: он любил говорить, что напустит на меня своего питбуля.

Однажды ночью я подумала: или сейчас выпрыгну из окна, или воткну ему нож в шею. Я подошла с ножом к нему спящему и долго смотрела. На следующий день на занятиях в вузе моя подруга спросила, что со мной. Я дрожала от страха и стресса.

Всего я с ним прожила около года. В конце 2010 года, когда мне было девятнадцать, я решилась на побег.

«В булочную» навсегда

О желании сбежать рассказала подруге. Мы начали готовиться финансово. Я откладывала из тех денег, которые муж давал на покупки. Нужна была виза и билеты. Сумму для подтверждения платежеспособности пришлось взять взаймы у подруги.

Свои вещи я не могла выносить из дома, так как муж бы это заметил, поэтому я взяла с собой только носки, трусы, прокладки и немного косметики. Был октябрь, я сказала мужу, что иду в булочную за хлебом. На мне был спортивный костюм и кроссовки.

Подруга ждала меня внизу с новым телефоном, сим-картой и дорожной сумкой. Все было, как в кино. Я выкинула старый телефон, и мы помчались в аэропорт. Фора была совсем небольшая, мы приехали за сорок минут до конца регистрации на рейс.

Так я оказалась в Германии. Там у меня никого не было, кроме виртуальной знакомой, с которой я переписывалась до этого по интернету. Но когда я приехала, она пропала. Меня никто не встретил.

Фото: Sima Ghaffarzadeh | Pexels

В Германию я поехала, потому что там была большая иранская диаспора, и я надеялась выйти на связь со своими иранскими родственниками. Еще в Москве я ходила в центр персидской культуры и учила фарси.

В России меня объявили в розыск. Я передала семье письмо через подругу о том, что встретила другого мужчину и уезжаю с ним на Камчатку, просила не искать. В это никто не поверил.

Муж узнал, что я вылетела в Германию, и сказал подруге: «Шлюхой была, шлюхой пусть там и сдохнет». Он меня не преследовал, но я еще долго видела его в каждом мужчине. И замирала, если рядом со мной вдруг притормаживала машина.

Цена жизни

Позже встретила своего второго мужа. В браке с ним у нас родилось трое детей. Сейчас мы расстались, но остаемся в хороших отношениях. Он сыграл важную роль в моей жизни, помог выучиться и найти родных.

Я окончила медицинский факультет, потом прошла курс профайлинга, стала экспертом-криминалистом.

Отца я нашла через посольство Ирана в Германии. Папа приехал в Германию со своей женой. Это была очень хорошая встреча. За первые несколько минут я получила столько любви, сколько, наверное, не видела за всю свою жизнь. Я заново обрела семью.

По связи с отцом мне предложили сделать иранское гражданство. Мне предложили контракт в Иране, и я согласилась. Дети переехали со мной.

Моя работа здесь отличается от той, что я занималась в Германии. Иран не развит настолько, чтобы целый институт посвящать серийным убийцам и маньякам, как в Европе.

В Иране вообще очень трудно присвоить преступнику статус серийника. Религиозная подоплека играет огромную роль.

Когда появляется новое дело об убийстве или серии убийств, мы анализируем психическое состояние преступника, изучаем данные, состоял ли он на учете у психиатра, какая у него жизнь, что предшествовало преступлениям. Попадаются очень кровавые дела. Я начинаю в 9 утра и порой ухожу с работы в полночь.

Мы боремся с абсолютной властью мулл и бесправием женщин. Мне важно, что в своей работе я делаю все для отстаивания женских прав. В Иране, особенно в провинции, с этим сложно. Жизнь женщины не стоит дорого, с точки зрения закона.

Убийца семнадцатилетней Моны Хайдари, ее муж, получил всего восемь лет тюрьмы. Мы как эксперты пытались настоять, чтобы дали хотя бы пятнадцать. В планировании расправы над Моной принимал участие ее двоюродный брат, и семья девушки была в курсе того, что с ней хотел сделать ее муж. Девушка бежала от него в Турцию. Посмертно ее обвинили в измене мужу с каким-то сирийцем. Но никаких ее переписок с этим сирийцем суду не представили.

Отец и дядя приехали за ней в Стамбул, обманом привезли обратно и передали в руки мужу.

Муж отрезал ей голову и бегал с ней по площади полтора часа. Психически он оказался здоровым. Убийство он объяснил религиозными соображениями.

В другом случае девушке дали 24 года тюрьмы за порванный и сожженный хиджаб. Почувствуйте разницу.

Иранский Догвилль

Сейчас я работаю над делом, связанным с систематическим насилием над несовершеннолетней. При этом обвиняемая по делу — именно она.

Девочку долгое время насиловала чуть ли не половина деревни. Это происходило в провинции Тегерана, недалеко от столицы. Там выращивают гранаты и розы, делают розовую воду.

До тринадцати лет у нее, простой сельской школьницы из религиозной семьи, все было как у сверстниц. А потом она посмотрела какой-то фильм и решила не носить черное одеяние. Стала краситься, поменяла платок на легкий шарфик. В провинции порядки строже, чем в городе. В городе вместо хиджаба могут носить шарфик, держащийся на макушке, но в деревнях носят чадру, закутавшись в нее.

Люди стали судачить, что девочка «падшая», пошла не в ту сторону. Родители ее избивали, вызывали экзорциста на дом, изгоняли из нее «джиннов». Однажды ее изнасиловал двоюродный брат. Он ехал на машине со своим другом, а она шла из школы без платка — точнее, платок был, но сполз с головы. Брат сделал ей замечание и посадил в машину. Обвинял, что если ходит в таком виде, значит, хочет мужского тела. И они с другом ее изнасиловали. Домой она пришла избитая и растерзанная. И дома ее побили палкой за позор.

Отец пытался сжечь ее живьем, поливал горючей смесью. На крики сбежались соседи. Женщины ее где-то спрятали. Потом ее нашла мать и отвезла к родственнице. Туда пришел кто-то из мужчин под предлогом помощи по хозяйству и «удачно» воспользовался «падшей» женщиной. После этого ее стали насиловать и другие мужчины из деревни.

Читайте такжеМариам снимает хиджаб

Иранская активистка — о протестах на родине, жестокости диктатуры и вынужденной эмиграции в Грузию

Имам высказался, что «падших» женщин нужно изгонять из села, потому что они приносят позор и бедствия. Обвинил девочку в том, что из-за нее долго нет дождя. При этом он сказал, что убийство — это грех, Аллах убивать не разрешил. Поэтому девочку привязали к позорному столбу, вся деревня плевала в нее и била.

Девочку поселили в какой-то хижине. К ней опять стали захаживать мужчины. Ходили, чтобы не платить проституткам. Кто-то еду приносил, кто-то небольшие деньги. Ей едва исполнилось четырнадцать. Ее пинали, били, тушили сигареты о ее тело.

У нее случилось психическое расстройство. В один день, когда возле реки к ней пристал местный мужик, она схватила дрын, забила его до полусмерти и сбежала из деревни. Грязная, она шла наугад по каким-то дорогам, ехала на попутках, преодолела триста километров и добралась до Тегерана.

В столице ее остановила шариатская полиция за непотребный вид. В участке ее досмотрели женщины-полицейские. На девочке не было живого места, было ясно, что ее насиловали. Вызвали врачей, а они — нас, экспертов. По иранским религиозным законам, уголовная ответственность для мальчиков наступает в двенадцать лет, а для девочек — в девять.

Избитый мужчина подал на нее заявление. Сейчас девочка под стражей. Она плохо идет на контакт, боится, что ее повесят. Ее обвиняет вся деревня, говорят, что в ней «джинны». Семья от нее отказалась. Ребенок остался один, весь мир против него.

Мы пытаемся доказать абсурдность обвинений против этой девочки, но противостоять муллам очень тяжело. И доказать изнасилование в Иране тяжело. Мы будем доказывать, что с ней это совершили, чтобы добиться оправдания или смягчения наказания.

Подобных случаев здесь много, но не все становятся известны. Если бы эту девочку не нашли, она бы закончила в одном из борделей Тегерана.

«В условиях религиозного диктата всегда виновата женщина»

После недавних протестов устранили шариатскую полицию, которая следила за соблюдением норм общественной морали в Иране. По сути, ее перевели в другое ведомство под другим названием. Сейчас женщины ходят кто в платках, кто без. Но только в Тегеране.

Я живу в элитном районе города, где селятся футболисты, звезды шоу-бизнеса, и это совсем другой Тегеран. Это как Рублевка и Москва. Свои законы, свои порядки. А что творится в других городах и провинциях…

У меня есть свобода действий, я вхожа в дома влиятельных людей, и я этим пользуюсь. Мне нравится, что я могу тут что-то поменять. Я люблю Иран, мне нравится этот народ, добрый и гостеприимный. Но религиозная власть пренебрегает правами людей.

Многих пострадавших от насилия женщин подводят под статью «пропаганда проституции»: если у тебя слетел с головы шарф, значит, ты оправдываешь проституцию. Известны случаи, когда в Иране жертв изнасилования казнили за сопротивление, если, защищаясь, они убивали насильников. Рано утром на площадь выгоняют подъемный кран… и казнят на всеобщее обозрение.

Несколько лет назад один чиновник изнасиловал свою секретаршу. Отбиваясь, она ударила его, кажется, ножницами, он умер. Ее повесили, потому что сочли это превышением необходимой обороны.

Однажды к нам привезли серийного убийцу. Я пришла допросить его. Он меня не воспринимал, усмехался, мол, баба пришла. Он оказался выходцем из Азербайджана. Описал по-русски, что бы он со мной сделал. Я достала пилочку, закинула ногу на ногу и молча пилила ногти со скучающим выражением лица. Через полтора часа он начал нервничать. Мне принесли кофе. Потом еще кофе, я его угостила. Спустя еще два часа он начал рассказывать о себе.

Как обычно, все началось в детстве. Он жил в приграничном городе Астара со смешанным иранско-азербайджанским населением. Взрослые не всегда замечают, почему ребенок не хочет ходить в сад или в школу, на секцию… У этого серийника психика была повреждена буллингом в школе. Он рос тихим, и за это его травили. Как-то мальчики поймали его толпой после уроков, раздели, побили, а потом все на него пописали. Так над ним систематически издевались. Он вырос забитым, отношения с женщинами не складывались. С первой девушкой, когда дошло до секса, у него случился промах… Он ее задушил.

Он убил трех женщин в Азербайджане и пять в Иране. Ему, убийце и маньяку, дали восемь лет тюрьмы, а в какой-то из праздников еще могут подвести под амнистию.

Женщин же вешают за «превышение самообороны». В условиях религиозного диктата всегда виновата женщина.

Редактор: Лариса Жукова
Поддержите «Гласную»Помогите нам сделать новую историю — станьте частью нашего сообщества
валюта пожертвования
Размер пожертвования
100
300
500
1000
Способ оплаты
Умный платёж (₽)
Банковская карта (₽)
ЮMoney (₽)
Ваши данные
Укажите ваше имя

УСЛОВИЯ ОПЛАТЫ​
«Гласная» предлагает вам осуществить дарение на следующих условиях: 

1. Настоящее предложение является предложением проекта «Гласная» заключить с любым, кто отзовется на данное предложение (далее — Даритель), договор дарения на условиях, предусмотренных ниже. 

2. Предложение вступает в силу со дня, следующего за днем его размещения на сайте «Гласной» в интернете по адресу https://glasnaya.media (далее — Сайт) и действует бессрочно. 

3. В предложение могут быть внесены изменения и дополнения, которые вступают в силу со дня, следующего за днем их размещения на Сайте. 

4. Даритель безвозмездно передает в собственность «Гласной» денежные средства в размере, определяемом Дарителем, на поддержку деятельности «Гласной». 

5. «Гласная» вправе в любое время до передачи ей дарения и в течение 10 дней после от него отказаться. В случае отказа от дарения после его передачи «Гласная» возвращает дарение в течение 10 дней после принятия решения об отказе. В случае невозможности передать дарение Дарителю оно остается в распоряжении «Гласной». 

6. Даритель вправе отказаться от своего дарения в течение 10 дней со дня совершения транзакции. О своем желании Даритель извещает «Гласную» по электронной почте по адресу [email protected]. «Гласная» обязуется вернуть денежные средства в течение 10 дней с момента заявления Дарителя. 

7. Если Даритель подписался на ежемесячное списание средств с банковской карты, привязанной к счету Дарителя, впоследствии он вправе отменить ежемесячные платежи. Для отмены платежей Дарителю необходимо перейти на страницу «Отмена подписки на платежи» на сайте. 

8. Совершая действия, предусмотренные данным предложением, Даритель подтверждает, что ознакомлен с условиями и текстом настоящего предложения, целями деятельности «Гласной», осознает значение своих действий, имеет полное право на их совершение и полностью принимает условия настоящего предложения. 

9. В соответствии с Федеральным законом N 152-ФЗ «О персональных данных» Даритель настоящим дает свое согласие на обработку своих персональных данных любыми не запрещенными законом способами для целей исполнения настоящего предложения и подтверждает, что ознакомлен с политикой конфиденциальности.

Я принимаю Условия оплаты

ПОЛИТИКА КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ​
1. Общие положения

1.1. Настоящая политика обработки персональных данных (далее – Политика) проекта «Гласная» разработана в соответствии с Федеральными законами от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», иными нормативно-правовыми актами по вопросам персональных данных.

1.2. Назначением Политики является обеспечение защиты прав и свобод субъекта персональных данных при обработке его персональных данных (далее – ПДн) Оператором.

1.3. Термины, используемые в тексте настоящей Политики, подлежат применению и толкованию в значении, установленном Федеральным законом от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

1.4. Основные права и обязанности субъекта персональных данных:

  • субъект персональных данных имеет право на получение у Оператора информации, касающейся обработки его персональных данных; 
  • субъект персональных данных вправе требовать от Оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав; 
  • если субъект персональных данных считает, что Оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований законодательства или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие Оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке; 
  • субъект персональных данных имеет право отозвать согласие на обработку персональных данных;
  • субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке. 

1.5. Основные обязанности Оператора:

  • предоставлять субъекту персональных данных по его письменному запросу информацию, касающуюся обработки его персональных данных, либо на законных основаниях предоставить отказ в предоставлении такой информации в срок, не превышающий тридцати дней с момента получения Оператором соответствующего запроса; 
  • по письменному требованию субъекта персональных данных уточнять обрабатываемые персональные данные, блокировать или удалять, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, в срок, не превышающий тридцати дней с момента получения Оператором соответствующего требования; 
  • в случае достижения цели обработки персональных данных третьих лиц незамедлительно прекратить обработку персональных данных и уничтожить соответствующие персональные данные в срок, не превышающий тридцати дней с даты достижения цели обработки персональных данных, если иное не предусмотрено договором, стороной которого, выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, иным соглашением между Оператором и субъектом персональных данных; 
  • в случае отзыва субъектом персональных данных согласия на обработку своих персональных данных прекратить обработку персональных данных и уничтожить персональные данные в срок, не превышающий тридцати дней с даты поступления указанного отзыва, если иное не предусмотрено соглашением между Оператором и субъектом персональных данных; 
  • при обработке персональных данных Оператор принимает необходимые правовые, организационные и технические меры для защиты персональных данных третьих лиц от неправомерного или случайного доступа к ним, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения персональных данных, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных. 

1.6. Оператор собирает, использует и охраняет персональные данные, которые предоставляет субъект персональных данных при использовании сайта «glasnaya.media» и мобильных приложений с любого устройства и при коммуникации в любой форме, в соответствии с данной Политикой.

2. Цели сбора и обработки персональных данных

2.1. ПДн собираются и обрабатываются Оператором в целях:

  • коммуникации с субъектом персональных данных, когда он обращается к Оператору;
  • отправки отчетов о расходовании собранных средств;
  • организации участия субъекта персональных данных в проводимых Оператором мероприятиях и опросах;
  • предоставления субъекту персональных данных информации о деятельности Оператора;
  • направления субъекту персональных данных новостных материалов;
  • для других целей с согласия субъекта персональных данных.

3. Правовые основания обработки персональных данных

3.1. Правовыми основаниями обработки ПДн являются:

  • Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»; 
  • Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»;
  • Положение об особенностях обработки персональных данных, осуществляемой без использования средств автоматизации (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 сентября 2008 г. № 687); 
  • Постановления от 1 ноября 2012 г. № 1119 «Об утверждении требований к защите персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных»; 
  • Приказ ФСТЭК России от 18 февраля 2013 г. № 21 «Об утверждении состава и содержания организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных»; 
  • Приказ Роскомнадзора от 5 сентября 2013 г. № 996 «Об утверждении требований и методов по обезличиванию персональных данных»; 
  • иные нормативные правовые акты Российской Федерации и нормативные документы уполномоченных органов государственной власти; 
  • согласие на обработку персональных данных.

4. Объем и категории обрабатываемых персональных данных, категории субъектов персональных данных

4.1. Персональные данные, разрешенные к обработке в рамках настоящей Политики, предоставляются субъектом персональных данных путем заполнения веб-форм на сайте, предоставления информации в сообщениях, направляемых Оператору, или другим образом свободно, своей волей и в своем интересе.

4.2. Субъектами персональных данных являются пользователи и авторы проекта «Гласная».

4.3. Субъекты персональных данных сообщают следующую персональную информацию:

  • имя, фамилию;
  • e-mail;
  • номер контактного телефона.

4.4. Оператор защищает данные, которые автоматически передаются в процессе просмотра субъектом персональных данных рекламных блоков, в том числе информацию cookies.

4.5. Оператор осуществляет сбор статистики об IP-адресах своих посетителей. Данная информация используется с целью выявления технических проблем.

4.6. Оператор не проверяет достоверность персональных данных, предоставленных субъектом, и не имеет возможности оценить его дееспособность. Однако Оператор исходит из того, что субъект персональных данных предоставляет достоверные и достаточные данные и поддерживает эту информацию в актуальном состоянии.

5. Порядок и условия обработки персональных данных

5.1. Оператор осуществляет сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление и уничтожение персональных данных.

5.2. Обработка персональных данных осуществляется Оператором следующими способами:

  • неавтоматизированная обработка персональных данных;
  • автоматизированная обработка персональных данных с передачей полученной информации по информационно-телекоммуникационным сетям или без таковой; 
  • смешанная обработка персональных данных.

5.3. Сроки обработки персональных данных определены с учетом:

  • установленных целей обработки персональных данных;
  • сроков действия договоров с субъектами персональных данных и согласий субъектов персональных данных на обработку их персональных данных; 
  • сроков, определенных Приказом Минкультуры России от 25 августа 2010 г. № 558 «Об утверждении “Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения”». 

5.4. Оператор не раскрывает третьим лицам и не распространяет персональные данные без согласия субъекта персональных данных (если иное не предусмотрено федеральным законодательством РФ).

5.5. Условием прекращения обработки персональных данных может являться достижение целей обработки персональных данных, истечение срока действия согласия или отзыв согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных, а также выявление неправомерной обработки персональных данных.

6. Безопасность персональных данных

6.1. Для обеспечения безопасности персональных данных при их обработке Оператор принимает необходимые и достаточные правовые, организационные и технические меры для защиты персональных данных от неправомерного или случайного доступа к ним, их уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных согласно Федеральному закону от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» и принятым в соответствии с ним нормативным правовым актам.

6.2. Оператором приняты локальные акты по вопросам безопасности персональных данных. Сотрудники Оператора, имеющие доступ к персональным данным, ознакомлены с настоящей Политикой и локальными актами по вопросам безопасности персональных данных.

7. Актуализация и уничтожение персональных данных, ответы на запросы субъектов на доступ к персональным данным

7.1. В случае подтверждения факта неточности персональных данных или неправомерности их обработки, персональные данные подлежат их актуализации Оператором, обработка прежних при этом прекращается.

7.2. При достижении целей обработки персональных данных, а также в случае отзыва субъектом персональных данных согласия на их обработку персональные данные подлежат уничтожению, если иное не предусмотрено иным соглашением между Оператором и субъектом персональных данных.

7.3. Субъект персональных данных имеет право на получение информации, касающейся обработки его персональных данных. Для получения указанной информации субъект персональных данных может отправить запрос по адресу: [email protected].

8. Ссылки на сайты третьих лиц

8.1. На сайте могут быть размещены ссылки на сторонние сайты и службы, которые не контролируются Оператором. Оператор не несет ответственности за безопасность или конфиденциальность любой информации, собираемой сторонними сайтами или службами.

Я принимаю Политику конфиденциальности
Перенаправление на безопасную страницу платежа...

«Гласная» в соцсетях Подпишитесь, чтобы не пропустить самое важное

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признанной экстремистской в РФ

К другим материалам
«Привет. Это Навальная»

Как выглядел путь Юлии Навальной в политику

«Пришла какая-то тетка и что-то требует» 

Как петербургские экоактивистки борются за чистоту города — и побеждают

Колыбельные по ватсапу

Почему российские бабушки особенные и как семьи эмигрантов сохраняют с ними отношения

«Там нет и не может быть доброты — там есть работа»

Сотни тысяч женщин остаются без крыши над головой, их уязвимостью пользуются в трудовых домах. Репортаж с улиц Петербурга

«Я — женщина-машинист, первая в петербургском метро»

Дарья Яременко — о работе в подземке и дискриминации не из-за гендера, а из-за цвета волос

«Мальчик, который читал стихи»

Саша Попова — о своем муже Артеме Камардине, «маяковском деле» и репрессиях в России

Читать все материалы по теме