Подкаст

Выпуск 33. Не быть уязвимой. Как брачный договор нас защищает

ЧИТАЙТЕ НАС В ТЕЛЕГРАМЕ

Иллюстрации: Виктория Денисова | Гласная

Меркантильность и недоверие — именно такие ассоциации часто вызывает словосочетание «брачный договор». Несмотря на это, количество желающих его заключить растет как в мире, так и в России. Договор между партнерами позволяет обезопасить обе стороны и внести ясность в брачные отношения.

Какие гарантии дает брачный договор партнерам и как он помогает в достижении гендерного равенства, обсуждаем с адвокатом Екатериной Тягай.

«Когда вы входите в отношения заранее договорившись, какие правила для вас понятны и приемлемы, это меняет отношения в лучшую сторону. Потому что никто потом не будет обманутым. Именно поэтому брачный договор — про доверие, про умение разговаривать и слышать друг друга, а не про недоверие или нелюбовь»

ЕКАТЕРИНА ТЯГАЙ
cut in mini

ЧИТАТЬ:

Анастасия Седухина: Всем привет! Это подкаст «Неслабый пол» проекта «Гласная» и я, его ведущая, Настя Седухина. Имущественные и денежные споры могут стать одними из самых сложных моментов при окончании отношений. Наверное, каждый из нас может вспомнить примеры подобных разбирательств. Для того, чтобы избежать таких сложностей, в законодательстве разных стран была включена возможность заключения брачного договора. Впрочем, в российском обществе он часто встречает неоднозначное отношение и воспринимается либо как прихоть богатых, либо как признак недоверия. О том, для чего же нужен брачный договор, и какое отношение он имеет к гендерному равенству, обсуждаем с адвокатом, партнером коллегии адвокатов Pen and Paper Екатериной Тягай.

Как же все начиналось? Когда пошла мода на брачные контракты? И можно ли сказать, что эта мода уже закончилась из-за снижения обсуждений в СМИ?

Екатерина Тягай: Начну с конца и со второго вопроса, потому что он, наверное, более актуальный в концепции реальной жизни. Эта мода точно не закончилась. Она как раз начинает набирать серьезные обороты не в скандалах, а в рутине нормальной жизни. Началось все давным-давно, и на самом деле это было в разных государствах с разными подходами в зависимости от того, как понималась договоренность между супругами об их жизни и ведения совместного хозяйства. Важно понимать, что институт семьи очень эволюционировал за последние несколько сотен лет, и из режима совместного выживания (ради которого все это затевалось) он перешел в режим максимального улучшения качества жизни друг друга. И поэтому исторические брачные договоры существенно отличаются от целей, необходимости и задач заключения современного брачного договора. Поэтому я бы разделила историю и сегодняшние реалии.

Анастасия Седухина: Вы сказали, что цели брачного договора сейчас очень отличаются от первоначальных целей. Как эволюционировало законодательство в этом плане?

Екатерина Тягай: Первоначально в разных странах созвучно было решение о возможности заключения неких соглашений между супругами. Оно, с одной стороны, резонировало друг с другом в разных государствах, а с другой — преследовало очень разные цели в зависимости от того, какой менталитет царствовал в том или ином государстве на конкретном историческом этапе. Поэтому были страны, где брачные договоры работали как механизм передачи имущества жены мужу. Потому что предполагалось, что, выходя замуж, ты в буквальном смысле за мужем и он несет ответственность за тебя и за твое хозяйство. В других странах, на другом историческом этапе, была актуальна тема эмансипации женщин, из которой вытекало обратное обсуждение — гарантии возможности женщинам самостоятельно определять, что им принадлежит и как этим распоряжаться. И это намного ближе к тому, о чем мы сегодня говорим с точки зрения равенства полов.

Но сейчас, на мой взгляд, речь нужно вести совсем не о том, чтобы гарантировать право женщине голосовать. Все-таки мы, слава Богу, оторвались значительно от того периода развития человечества, когда нужно было доказывать, что женщина тоже человек. Нужно обсуждать, насколько люди, равные по дефолту, в равной степени имеют механизмы защиты себя, могут идентифицировать себя как самостоятельного и самодостаточного человека и нести ответственность по своим обязательствам, распоряжаться своими деньгами и понимать, что они свои, и в целом определять перспективу развития собственной жизни на некоторое время вперед.

Вопрос заключения брачного договора сегодня — это, прежде всего, вопрос умения двух взрослых людей договариваться. К слову сказать, сейчас люди, вступая в официальный брак, например, в России, делают это в более взрослом возрасте, чем еще несколько десятков лет назад. Конечно, это в первую очередь разговор о способности двух взрослых людей в нужный момент достичь договоренности по очень важным базовым вопросам, как ваша жизнь будет устроена. Договориться не в момент ссоры, скандала, приступа ревности, под натиском интриг и чего-то еще, а в спокойном состоянии. Брачный договор — это как раз про то, как вы хотите, чтобы вы вместе и каждый из вас в вашей паре существовали и чувствовали себя безопасно, независимо и при этом были бы связаны договоренностью со вторым человеком.

Анастасия Седухина: Можно ли сказать, что брачный договор — это важный этап в эмансипации женщин?

Екатерина Тягай: Я думаю, безусловно, да, особенно на сегодняшнем этапе развития и особенно — российского общества. Брачный договор важен тем, что он заставляет обоих людей прислушаться друг к другу. И когда мы говорим о равенстве полов, это не только компенсация неравенства одного из них, а все-таки это возможность диалога. На сегодняшний день это возможность для женщины задуматься об этом. Потому что в России, к сожалению, сложилась очень тяжелая с точки зрения последствий тенденция: женщины часто оказываются экономически уязвимыми, зависимыми, несамостоятельными, даже если они работают и зарабатывают. А еще более глобально царствует стереотип о том, что женщина вообще не должна работать — в смысле зарабатывать деньги, а должна находиться в тени у добытчика, своего мужа, который обеспечивает ее существование. Так вот, брачный договор — это такой рупор для женщины задуматься и поговорить со своим партнером о том, как они будут идти дальше.

Анастасия Седухина: Как именно договор помогает женщине осознать свою ответственность за семейный бюджет, за свое экономическое будущее?

Екатерина Тягай: Я думаю, это философский вопрос в хорошем смысле слова, не в схоластическом, когда мы просто хотим поболтать обо всем и ни о чем. Нужно говорить о том, что такое семья вообще и семья родительская, которая потом дает возможность детям, рожденным в этой семье, приобрести самостоятельность. (С этим, кстати, в нашем обществе тоже часто бывают проблемы, — с «отпочкованием» детей от семьи). А потом, будучи самостоятельными, дети должны уметь нести ответственность за свою жизнь, за решения, которые принимают, за последствие принятия этих решений, в том числе за выбор партнера. Нужно начать разговаривать с этим партнером о том, как вы видите в целом, в какой-то перспективе свою жизнь дальше.

Так вот, вопрос, который вы мне задали: как и когда стоит вообще на эту тему начать думать и как стоит этот разговор построить, из чего он состоит. Этот вопрос очень важный, и ставить его нужно в семье, когда ты воспитываешь мальчика и девочку. Это вопрос того, что сегодня нет уже тех социальных ожиданий от человека и от его роли (кормилец, кормилица, домашний очаг и т.д.), которые исторически были присущи на разных периодах очень многим обществам.

Это не только российская особенность. И международные отношения демонстрируют эволюцию института семьи и роли каждого в семье. Все начинается с того, как вы растите своих детей, насколько эти дети, в целом, самостоятельно идентифицируют себя как обособленного, пусть и любимого и окруженного близкими, человека, и потом насколько эти дети, выросшие во взрослых, планируют собственную жизнь. Не в смысле «насмеши Бога, рассказав ему о своих планах», а планируют жизнь, понимая, что она непредсказуема. Ты можешь остаться один не просто потому, что вы поругались, а иногда — при более драматических обстоятельствах, иногда — при более радостных обстоятельствах, когда кто-то из вас опережает другого и принимает решение идти дальше, а этот союз, может быть, прервать. И, конечно, очень важно, чтобы в момент, когда женщина размышляет о своей жизни не в контексте человека, который рядом, а в контексте самой себя, чтобы она понимала, как это может быть и как об этом разговаривать с партнером.

Анастасия Седухина: Резюмируем. Можно сказать, что брачный договор помогает и женщинам, и мужчинам, и детям стать более самостоятельными?

Екатерина Тягай: Безусловно, более самостоятельными и более самодостаточными. И при этом иметь эту связь друг с другом в контексте того, что ваши жизни развиваются с равной скоростью. Вы при этом несете ответственность каждый за себя, а не возлагаете ее на второго человека и не паразитируете один за счет другого и т.д., но понимаете, что у вас есть и взаимное уважение, и взаимная договоренность о том, кто какие решения имеет право принять, и о том, как эти решения могут сказаться на вашей совместной жизни, и о том, насколько ваша личная свобода, финансовая в том числе, может обеспечить вашу либо общность, либо независимость, либо свободу совершения очередного выбора, которые человек, в принципе, совершает каждый день.

Анастасия Седухина: Что бы вы ответили тем критикам брачного договора, которые говорят, что это проявление недоверия, и что эти договоры, контракты несовместимы с чувствами?

Екатерина Тягай: Ну, я бы ответила: учите матчасть. Довольно глупо рассуждать по принципу «Не слышал, но Рабинович напел». Это бывает неплохо в некоторых обстоятельствах, но не в ситуации, когда ты принимаешь серьезные, юридически значимые решения, которые влекут за собой определенные последствия. Мне не близка ни личная, ни профессиональная ситуация, в которой один из пары оказывается в заложниках либо у второго партнера, и у его степени свободы выбора, свободы воли, самостоятельности, экономической состоятельности, либо в заложниках у некого дефолтного режима, который за тебя придумало государство, потому что оно тебя считает недостаточно взрослым и умным, чтобы определить эти правила для себя и для семьи. И поэтому оно говорит: «У нас мальчики ведут себя так, девочки ведут себя так, в паре они ведут себя следующим образом. Поэтому мы для вас придумали законный режим имущества супругов, такой режим общности. Вы вступили в брак в один день и дальше растворились в нем, как будто бы потерялись каждый по отдельности». Если вы хотите чего-то другого, говорит государство, договаривайтесь об этом отдельно, но при этом оно никак не стимулирует желание людей об этом отдельно поговорить. Конечно, это в известной степени результат критики брачных договоров, как и любых других семейных договоров. У нас почему-то любое желание быть по-хорошему независимым внутри пары, самостоятельным, самодостаточным связывается с недоверием или нелюбовью. Это странно.

Анастасия Седухина: Про «учите матчасть»… Давайте, может быть, сформулируем тогда, что же такое брачный договор или брачный контракт. Как правильно: брачный договор или брачный контракт?

Екатерина Тягай: В российском праве брачный договор. У нас нет легального термина «контракт», но, безусловно, это одно и то же.
Анастасия Седухина: А какое определение вы бы дали?

Екатерина Тягай: Оно существует в Семейном кодексе Российской Федерации. К слову, соглашение, договор, контракт — это синонимичные понятия. Это соглашение супругов, в котором они могут изменить законный режим имущества супругов, то есть режим совместной собственности, предусмотренный государством, на что-то еще: на долевую, на раздельную части, на то, что, в целом у вас все общее, но какие-то отдельные виды имущества принадлежат каждому из вас. То есть это инструмент, говоря не юридическим, а человеческим языком, инструмент тонкой настройки того, что более широкими мазками уже предусмотрело государство.

Анастасия Седухина: Вы упомянули о трансформации отношений благодаря брачному договору. Как же меняется семья на фоне этих трансформаций?

Екатерина Тягай: Во-первых, семья очень меняется в зависимости от степени ясности условий игры для обоих партнеров. Когда вы входите в отношения, заранее договорившись о том, какие правила для вас понятны и приемлемы, это в целом существенно меняет ваши отношения в лучшую сторону. Потому что никто из вас не оказывается потом обманутым. Никто из вас не может застать другого врасплох за применением каких-то правил ведения совместного хозяйства или экономической жизни в семье. У вас друг к другу должен быть стопроцентный уровень доверия для того, чтобы достичь договоренностей, в том числе, и о брачном договоре. Именно поэтому брачный договор — это про доверие, про умение договариваться и слышать друг друга, достигать согласия, а не про недоверие и про нелюбовь.

Второе, что меняется существенно, — это когда у вас эти договоренности не понятийные, а зафиксированные юридически. А в России брачные договоры еще и подлежат нотариальному удостоверению с печатью. Такой договор становится документом, который еще больше дисциплинирует вас обоих. Это, безусловно, еще и гарантия того, что те договоренности, которых вы достигли, будут соблюдаться не только сегодня, когда вы друг к другу расположены и находитесь на таком гормонально-романтическом этапе отношений. А потом что-то может измениться в вашей паре, но оформленные договоренности будут продолжать иметь силу. Они долгосрочные, стабильные, и их надо придерживаться на протяжении всего периода вашего брака.

Анастасия Седухина: Прописываются ли в брачном договоре какие-то положения относительно детей и меняется ли как-то отношение к детям именно под влиянием этого документа?

Екатерина Тягай: Нет. Брачный договор — это только имущественные права и обязанности каждой из сторон. Это очень важно понимать, и это очень сильно отличает брачный договор от американских фильмов про любовь и ненависть на фоне заключения брачных контрактов. К слову, во всех странах мира практически брачные договоры носят имущественный характер, но для драматического мазка иногда демонстрируют какие-то стороны про измену, про детей, про что-то еще. В российском праве этого нет. В российском праве в брачном договоре можно определить, что происходит с деньгами, которые зарабатывает каждый из вас, что происходит, если вы приобретаете имущество и оформляете его на имя одного из вас, что происходит, если вы приобретаете кредит на имущество, то есть берете кредит в банке под залог того имущества, на которое вы этот кредит берете. И из-за определенной степени правового нигилизма, инфантильности или непросвещенности многие люди неизбежно сталкиваются с необходимостью ответить себе на эти вопросы, например, когда оформляют кредит в банке, который называется словом “ипотека”, большинству граждан России очень знакомым, на первую квартиру молодой семьи. И оказывается, что банк хочет удостовериться сразу. Вы договорились о том, как вы будете дальше жить? Есть ли у вас брачный договор или нет?

Я, к сожалению, очень часто сталкиваюсь с ситуацией, когда люди на романтическом этапе своих отношений оформляют ипотеку, вселяются в квартиру, появляется первый ребенок и т.д. А потом что-то происходит в отношениях, они хотят развестись. И, возможно, один из пары даже готов покрыть долг по ипотеке, готов забрать эту квартиру или даже отдать эту квартиру тому, кто не платит по ипотеке, но банк не готов принять такие условия. Потому что банк еще тогда, на берегу, спрашивал: вы о чем договорились? А вы тогда ни о чем не договорились. И вам приходится дожидаться (так фактически происходит в большинстве случаев) либо конца выплаты ипотеки, либо вести довольно тяжелые переговоры с банком, либо делить квартиру через суд, и не всегда тем образом, который в итоге устроит вас обоих.

То же самое в брачном договоре. Нельзя предусматривать неимущественные условия, которые касаются, например, исполнения супружеского долга, мытья посуды, ведения хозяйства или чего-то еще. То есть брачный договор в хорошем и романтическом смысле предполагает, что вы либо оба зарабатываете, либо определенным образом договариваетесь, как тратите то, что зарабатывает только один из вас, либо говорите о гарантиях тому из вас, кто не зарабатывает, но, например, ухаживает за детьми, ведет домашнее хозяйство, и предусматриваете определенные условия на случай расторжения брака.

Я очень часто говорю и своим доверителям, и друзьям, которые со мной советуются: брачный договор не заключается на случай развода. Это не разговор о том, что будет, когда мы с тобой разведемся. Он заключается на случай долгой и счастливой совместной жизни. Но да, безусловно, он может предусматривать определенные правила, которые начнут действовать, если по какой-то причине вы оба или один из вас захотите этот брак расторгнуть.

Анастасия Седухина: Когда нужно заключать брачный договор? Можно его заключить через несколько лет уже после брака?

Екатерина Тягай: Брачный договор можно заключить в любой момент до вступления в брак, но он начнет действовать с момента регистрации брака. И его можно заключить в любой момент после регистрации брака, но до расторжения брака. Единственное, когда его нельзя заключить, — это когда вы уже развелись и хотите постфактум поделить имущество. Для этого брачный договор не подходит. Для этого существует такое понятие, как соглашение о разделе имущества. Это, кстати, не аналог брачного договора. Эти документы довольно существенно различаются по ряду параметров. Брачный договор потому и брачный, что он действует на период брака, и только некоторые его условия могут действовать после расторжения брака.

Анастасия Седухина: Может ли брачный договор стать сдерживающим фактором при физическом, психологическом или при экономическом насилии?

Екатерина Тягай: Однозначно, да. Я очень много раз с этим сталкивалась. Приведу примеры, в каких случаях для каждого вида насилия это более-менее релевантно. В экономическом смысле — безусловно, потому что это правовой инструмент, который, во-первых, описывает статус кво, которого вы достигли и до чего вы договорились на берегу. И он имеет обязывающий характер. Если, например, по брачному договору одна из сторон должна передать в собственность другой какое-то имущество и уклоняется от этого, то можно пойти в суд и, опираясь на этот брачный договор, понудить этого человека, своего любимого партнера, к тому, чтобы он тебе это имущество передал, особенно если оно движимое и не требует государственной регистрации и т.д.

Во-вторых, брачный договор интеллектуально дисциплинирует. То есть ты понимаешь, что подписал не какую-то бумажку, которую потом на Новый год сжег, размешал в шампанском и загадал желание. Это документ, который остается в нотариальной системе, где хранятся российские брачные договоры, остается у твоего партнера в виде копии. Брачный договор выдается на руки каждому из супругов и сторон, которые его заключили. Этот документ имеет юридическую силу, и этот фактор всегда является неким общим знаменателем, который немножко тебя приводит в чувство, если ты хочешь от этого уклониться.

Конечно, брачный договор наименьшим образом защищает не от экономического и не от психологического, а от физического насилия, потому что в целом есть очень мало, кроме физических барьеров, каких-то механизмов прямой защиты от физического насилия. К слову сказать, такие могли бы быть в виде охранных ордеров, которые мы много раз обсуждали, говоря о законе о домашнем насилии, о его профилактике, но это совсем другой разговор.

Возвращаясь к брачному договору… Экономическое и психологическое насилие очень часто идут в очень плотной связке, потому что главный инструмент психологического насилия — это точка контроля экономического, которая тебе дает возможность измываться над своим партнером и знать, что он безответен в смысле наличия инструментов борьбы с тобой как с некой силой. Очень часто я слышу, что в семейных спорах даже адвокаты иногда, к сожалению, своим клиентам говорят: «Нам нужно разговаривать с оппонентом с позиции силы». Брачный договор все-таки — про равенство, про то, с чего мы начали. Поэтому, да, здесь нет кого-то, кто в позиции силы, потому что брачный договор не может ставить одну из сторон в слабую позицию, в заведомо уязвимое положение по сравнению с другой стороной. Это прямое основание для признания брачного договора недействительным.

Анастасия Седухина: То есть, получается, нельзя сказать, что заключение брачных договоров однозначно выгодно для женщин?

Екатерина Тягай: Конечно, нет, потому что это бы символизировало собой неравенство. Брачный договор выгоден для того, кто хочет знать и соблюдать правила семейной жизни с человеком, с которым хочет идти долго и понятным образом по своему жизненному пути. Инициатива его заключения часто исходит либо от экономически значительно более сильной стороны, которая хочет себя немного подстраховать, либо, наоборот, от экономически более слабой стороны, которая этим брачным договором хочет зафиксировать какие-то реперные точки невозврата, не дав второй стороне путей к отступлению. И то, и другое, конечно, не совсем гарантия в таком железобетонном смысле. Это договоренность, которую точно надо соблюдать, но она может быть и пересмотрена, и оспорена в судебном порядке, как и любая сделка в Российской Федерации. Но брачный договор — это, безусловно, гарантия независимости не женщин или мужчин, а партнеров в семье, которые заключают этот договор независимо от своего пола.

Анастасия Седухина: Вы сказали, что можно вносить изменения в брачный договор. То есть в любое время можно поменять условия?

Екатерина Тягай: Да, но не в одностороннем порядке. Договор и соглашение предполагают наличие согласия между сторонами, поэтому можно его изменить, ведь обстоятельства жизни меняются. Есть заблуждение, что брачный договор нужен или очень богатым, или очень бедным, или тем, у кого уже есть, что делить. Это совсем не так. Брачный договор в отличие от соглашения о разделе имущества позволяет договориться не только о том, как вы делите что-то, что вам уже принадлежит. Он может позволить вам договориться об определенных принципах, которые будут действовать на будущее.

Самый распространенный пример, который встречается в очень большом количестве брачных договоров, это, например, семья, у которой еще ничего нет и которая планирует что-то приобретать — от собаки, машины, коллекционных кукол или марок до квартиры и острова, в зависимости от благосостояния семьи. Принцип базовый для многих брачных договоров: на кого это имущество будет оформлено, тому оно юридически в дальнейшем и будет принадлежать. Если брачного договора нет, то независимо от того, на кого оформлено имущество, оно является совместной собственностью. И в случае развода и раздела этого имущества резюмируется равенство так называемых долей, хотя их на самом деле нет, этих долей, потому что это совместная, а не бездолевая собственность. А брачный договор может как раз регулировать с момента его заключения ваши решения как семьи: одну машину оформляем на тебя, вторую машину оформляем на меня, ипотеку оформляем на тебя, ты платишь и по ней являешься собственником этой квартиры, это твои индивидуальные права и обязанности, которые потом не нужно каким-то образом оспаривать. Но жизнь меняется, обстоятельства жизни меняются, люди находят работу, теряют работу, повышаются по карьерной лестнице или, наоборот, принимают решение задауншифтиться, и это не всегда плохо. Иногда это требует изменений условий брачного договора и новых настроек, адекватных сегодняшнему дню.

Анастасия Седухина: В каких странах брачные договоры наиболее популярны и почему?

Екатерина Тягай: Они наиболее популярны в экономически развитых демократических странах. Принципы независимости и равенства сторон и партнеров в семье наиболее устойчивы в странах романо-германского права, это Европа. Они, кстати, и в России устойчивы вопреки заблуждениям о том, что это какая-то бумажка, которая тебя ни от чего не застрахует.

Наименее четкие гарантии предусматривают английские брачные договоры и только потому, что Англия — это страна общего прецедентного права, где огромная степень самостоятельности у судов в определении того, применять или не применять брачный договор, даже если стороны его заключили. Потому что суд там имеет высшую власть над юридическими договоренностями с точки зрения в том числе и правосправедливости, оценки того, насколько справедливы те условия брачного договора, которых вы в виде своей договоренности достигли на определенном этапе.

Анастасия Седухина: Я правильно поняла, что в России тоже идет тенденция к более частому заключению таких соглашений?

Екатерина Тягай: Стопроцентно, да! И было бы очень странно, если бы это так не происходило. Это связано с двумя факторами: с очевидной тенденцией актуализации повестки женской независимости и со значительным ростом числа женщин, которые не де-юро, а де-факто самостоятельны и независимы от наличия у них или отсутствия брачного договора. Женщины очень активно работают, очень активно строят карьеру, Есть женщины, которые работают в чудовищных физических условиях труда, но которые хотят знать, что если они этими усилиями заработали, их имущество будет застраховано от любых злоупотреблений со стороны каких-то третьих лиц (иногда, к сожалению, со стороны тех любимых и близких партнеров, которые с ними образовали семью).

Анастасия Седухина: То есть, получается, даже в России частота заключения брачных договоров не зависит от достатка?

Екатерина Тягай: Я бы сказала так: это вопрос правового просвещения. Есть значительное число людей, которые об этом вообще не задумываются. Их число, к счастью, сокращается за счет таких разговоров, как наш с вами сегодня, за счет довольно широкого доступа людей к информации: интернет, открытые данные, публичные данные. Не нужно жить только в столице, чтобы узнать о том, что брачный договор существует как явление.

Безусловно, доходят до нотариуса, чтобы удостоверить брачный договор, люди, которые видят в этом смысл, например, потому что им нужно вести регулярную бизнес-деятельность. Они не хотят получать согласие своего супруга на заключение сделок. Каждый раз поход к нотариусу ради получения согласия на, например, распоряжение долями, на участие в обществе или акциями намного более обременителен, чем один визит к нотариусу для того, чтобы заключить и удостоверить брачный договор.

Есть люди, которые просто адекватны и понимают, что не надо брать ипотеку, пока вы не договорились о том, что будет, если, не дай Бог, вы разведетесь либо еще что-то произойдет, кто-то из вас потеряет работу, например. Это не всегда приводит к разводу, но надо понимать, как дальше вы будете действовать. Есть брачные договоры, которые люди заключают из любопытства и желания проверить своего партнера на то, готов ли он в целом честно и открыто говорить.

Есть существенное отличие между российскими и англо-американскими брачными договорами по процедуре заключения, потому что при многих западных процедурах ты должен сделать так называемое полное финансовое раскрытие, то есть выложить все карты на стол, показать, что у тебя есть, иногда даже то, что ты планируешь зарабатывать, или какие сделки у тебя прямо на носу (если речь идет про владельцев бизнеса или топ-менеджеров), и заключать брачный договор, как бы понимая реалии жизни друг друга. В России таких правил пока нет. Я бы очень хотела, чтобы многие настройки, которые касаются процедуры и порядка заключения и последствий заключения брачного договора, изменились у нас. Но и в нынешнем его виде этот инструмент сейчас очень активно используется независимо от того, к какому социальному классу вы себя относите.

Анастасия Седухина: Много ли критиков брачных договоров в России?

Екатерина Тягай: У нас все критики каких-то правовых явлений — в основном, такие «диванные» эксперты. Я не слышала никогда, чтобы квалифицированный юрист или адвокат критиковал саму природу брачного договора и пытался бы выявить в нем что-то антиправовое или антисоциальное. В основном, это критики, которые не имеют никакого отношения к праву или к юриспруденции. У них огромное количество заблуждений относительно того, что такое брачный договор, для чего он нужен был исторически, для чего он нужен сейчас. Такой подход имеет право на жизнь, как и, наверное, любое обсуждение всех социальных явлений. Я бы не воспринимала это как что-то, на что нужно опираться, принимая решение заключать или не заключать брачный договор.

Анастасия Седухина: То есть вы считаете, что в ближайшее время количество брачных договоров в России продолжит расти?

Екатерина Тягай: Я считаю, что чем более люди будут видеть последствия чудовищных семейных скандалов, разборок и последствия отсутствия договоренности о том, по каким правилам жить, тем больше будет людей здравомыслящих, которые захотят избежать такой ситуации и захотят начать обсуждать тонкие, иногда острые, иногда неудобные вопросы со своим близким человеком еще до того, как они станут проблемой или станут причиной, например, распада семьи. Количество интеллектуальных и осознанных людей растет. По крайней мере, очень хотелось бы на это надеяться. Я знаю, что люди, которые столкнулись с этим на собственном опыте, хотят учиться на своих ошибках и избежать этого в дальнейшем. Есть отчаянные, их странно критиковать. Опять же, есть выбор и ответственность за принятие решений и за результаты этого выбора. Не заключать брачный договор — тоже вполне себе вариант и выбор, но ты должен понимать последствия.

Анастасия Седухина: Можно сказать, что заключение брачных договоров будет еще и помогать в эмансипации, в лечении гендерного равенства в России?

Екатерина Тягай: Конечно, да, потому что необходимо задуматься о том, из чего состоят наши мальчики и девочки, как в детской песенке. Это некая рефлексия на тему того, что ты делаешь, каковы последствия, какие возможные развилки на твоем жизненном пути. Не только те, к которым нас готовят детские сказки про приключения, сказки и принца, с которым в принципе никогда не обсуждается, как жизнь с ним будет складываться и какие ждут последствия.

Все это, безусловно, требует того, чтобы человек более осознанно жил и понимал, что продолжительность жизни на земле увеличивается. Некоторые люди борются за бессмертие, и очень многие состоятельные и российские, и иностранные граждане деньги инвестируют в то, чтобы достичь этого результата. Если ты хочешь долго и счастливо жить, ты должен научиться нести ответственность за свою жизнь. Это значит, что каждый из людей в паре несет ответственность и за себя, и за договоренности со вторым человеком.

Жизнь на самом деле намного фантастичнее, чем наши любые догадки и представления о том, как она будет развиваться. Поэтому очень важно периодически сверять часы с самим собой и со своим самым близким человеком, с которым вы создали семью. Если вы понимаете, что обстоятельства вашей жизни требуют каких-то формальных договоренностей, или если вы понимаете, что они требуют любых договоренностей, но у вас есть возможность эти договоренности формализовать, лучше это сделать. Вы можете расторгнуть этот брачный договор, если он перестанет быть актуальным, вы можете его изменить, если вы хотите перенастроить договоренности, но в целом о чем-то договориться — это всегда хорошо, потому что это дает опору и уверенность обеим сторонам. И это не игра вслепую.

И, наверное, последнее, что я хотела бы сказать. Эти страшилки про «…у тебя все отберут, я вообще все оформлю на своего водителя (брата, маму), у меня ничего нет, у меня одни долги…» — такая риторика характерна для неразвитых стран, для стран, в которых нет нормальной правовой системы, для общества, в котором люди себя чувствуют недорослями, за которых отвечает кто-то старший, будь то родительская семья или партнер, более сильный экономически или физически, и не могут взять ответственность за свои решения на себя.

В нашей огромной стране огромное количество талантливых людей, которые могли бы жить интересной, насыщенной и продуктивной жизнью. Хотелось бы, чтобы и женщины, и мужчины понимали, что необходима определенная рефлексия о том, из чего, из каких кирпичиков твоя жизнь состоит, что важно обладать умением обсуждать неудобные вещи, чтобы не оказаться в заложниках очень неловкой и очень болезненной ситуации, когда морально ты очень уязвим, и поздно принимать то решение, которое можно было принять вовремя.

ПОДЕЛИТЬСЯ:
Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Поделиться в twitter

К другим материалам:

В этом выпуске обсуждаем, действительно ли Россия входит в число стран-лидеров по количеству абортов, как менялось антиабортное законодательство в разные периоды российской истории и почему сейчас опять происходит консервативный поворот.
В этом выпуске мы говорим о том, с какими формами дискриминации сталкиваются представительницы национальных меньшинств в России и можно ли решить проблему расизма в нашей стране.
Гостья этого выпуска — жительница Белгорода Надежда Россинская. До 24 февраля она работала фотографом, а в марте по просьбе знакомых стала помогать беженцам из Украины. За пару месяцев Надин и ее небольшой команде удалось помочь тысячам человек.

Подпишитесь на рассылку «Гласной»

Мы работаем благодаря вашей поддержке